Сюрприз, Шоколад и Игрушка для бандита

Бандит пытается пошевелиться, открывает рот для новых упражнений в шутках-юмора но с протяжным:

- О-о-о… - падает на кушетку, схватившись за крестец.

На брутальном его лице, заросшем окладистой бородой, явно побывавшей в руках модного барбера, отражается неподдельная мука.

- Переворачивайтесь! – с явным злорадством в голосе приказываю я.

Если это и Шторм, то он меня не узнал. Вот и хорошо. Больно вспоминать прошлое. Было и прошло. Зато теперь у меня трое прекрасных безумно шаловливых детей! И их я не променяю ни на что на свете!

С кряхтением великолепное тело мужчины переворачивается на кушетке не менее великолепным задом.

* * *- Не накрывайтесь! – хрущу я пальцами в преддверии ручной работы. – Уж коли аверс монеты показали, так реверса стесняться тем более нечего!

- Такая дерзкая? – хмыкает бандит, пряча гримасы боли в прорези для лица на кушетке. – Хоть представление имеешь кто перед тобой?

- Вы спину сюда лечить пришли или самоутверждаться за мой счет? – не даю себя в обиду.

- Сраный салон! Тупая админка и стремная баба-массажистка! – ворчит мужик, которому уже мозги скрутило от боли. – Если бы не мой крестец, в жизни бы в эту помойку не зашел!

Это он наш, практически элитный спа-салон в центре Москвы помойкой назвал? Ну не зна-а-аю, не зна-а-аю…

Да и пусть оскорбляет меня дальше. А я подольше буду персиковое масло по рукам размазывать. Кому же хуже?"

"- А куда ходите обычно? – поддерживаю светскую беседу.

- Тайка у меня! Личная! На родину укатила, зараза такая! А теперь вот к мымрам всяким, ааа!!!

Это я дотрагиваюсь до многострадальной поясницы. Руки у меня не холодные, разогретые маслом. Бедный мужик, эк его скрутило… он поэтому сейчас ругается и материться на весь свет, ибо мужчины вообще плохо переносят боль. Вот его бы заставить тройню рожать, да он умрет на первой же схватке! А еще говорят, сильный пол!

Мне не раз говорили, что руки у меня золотые. Именно поэтому придя ко мне раз, клиенты остаются со мной на годы вперед.

Осторожными движениями массирую многострадальный крестец, стараясь не отвлекаться на великолепную накаченную задницу бандита. На своем веку задов мужских я повидала не мало. Так вот. Эта, по красоте и упругости получает у меня Оскар за главную мужскую роль! И ноги у бандита красивые. Длинные. Мощные. Накаченные. Волосатые. Каюсь – брутальные заросшие ноги – моя слабость.

- Эй, чучело огородное, ты – фея что ли? – баритон мужчины смягчается. Из него уходит весь металл, который был впрыснут с кортизолом от стресса и сильной боли. Теперь я на девяносто девять процентов уверенна, что это Шторм!

- Полегчало? – участливо интересуюсь я, оставляя крестец и переходя по позвоночному столбу наверх, чтобы немного расслабить напряженную широкую, в косую сажень, спину.