Скрытые чувства

Жанна такая страстная… Я знал, что в ней это есть. Я не ошибся.

– Я запрещаю тебе!

– Что? – веду руками по хрупкой спинке к шее. Запрокидываю голову…

– Чтобы тебя кто-то трогал! Ты…

– Что? – улыбаюсь.

– Ты мой!

Меня обжигают ее слова. Подхлестывают. Одним движением я поворачиваю Жанну к себе спиной. Нахожу пальцами грудь.

– Ну-ка, повтори.

– Т-ты мой! – голос девочки дрожит, сбивается.

– Может быть, ты меня любишь? М-м-м? Как думаешь?

Она никогда мне этого не говорила. А я вдруг понял, что устал ждать…

Подвожу ее к креслу. Для устойчивости Жанна обнимает спинку руками и чуть прогибает спину. Она в платье. Я приподнимаю подол и дрожащими пальцами веду по маленьким ягодицам. Проникаю в бороздку между ними и соскальзываю ниже. К пухлым губкам, прячущим язычок клитора.

– Люблю…

– Что? Я не слышу… – расстегиваю ширинку, подстраиваю ее под себя и веду, подразнивая.

– Люблю!

– Вот и хорошо. Вот и правильно, – раскатываю резинку и с силой в нее погружаюсь. Жанна мое сумасшествие выдерживает. Хоть и с трудом. А вот резинка нет. Рвется.

Впрочем, никакой опасности для себя я в этой ситуации не вижу. Я как будто даже доволен тем, что настолько силен.

Глава 20

Инна"

"Когда я выхожу из здания ведомства, на улице уже темно. Вокруг никого. Нормальные люди давным-давно дома, с семьями. И только идиотки вроде меня задерживаются на работе так долго. Позволяю себе минутку слабости. Прислоняюсь лбом к мраморной колонне на входе и застываю так ненадолго в надежде, что охватившая меня усталость отступит, и я, по крайней мере, смогу добраться домой. А пока, кажется, я даже пошевелиться не в состоянии. Уже которую неделю мы работаем вообще без выходных. Я забыла, когда отдыхала, когда проводила время с семьей или просто ничего не делала. Я не могу вырваться даже в парикмахерскую. Мои волосы отросли до длины, которую я носила еще, наверное, в школе, и, потеряв форму, отказались укладываться хоть в какое-то подобие прически. Поэтому теперь я их скручиваю в тугой узел, от которого к концу дня у меня начинает болеть голова. А может, и этому виной усталость...

Не отрывая лба от прохладного мрамора, с тихим стоном вытаскиваю шпильки. Волосы рассыпаются по плечам. Прямо как бурые листья по дороге. Вдыхаю их пряный аромат. Запах осени, густого тумана и поздних цветов, которые спешат продемонстрировать свою прелесть до того, как их убьют заморозки.

Пульсация в висках чуть ослабевает. Хорошо… Намного лучше, чем было.

– Инна Дмитриевна? – слышу голос за спиной.

– Антон Витальевич? И вы тут? А я уж думала, что последняя.

– Как видите, нет. – Зам Князева разводит руками. Полы пальто раскрываются, и меня обдает ароматом его дорогого парфюма. – Вам нехорошо?

– Мне? Ну что вы. Я просто остановилась подышать свежим воздухом.