Смерть и немного любви

Есть же настырные люди». Она быстро отперла дверь и подошла к телефону.

– Ну что, довольна? – услышала она в трубке глуховатый голос, который показался ей смутно знакомым.

– Простите? – вежливо сказала она, держа одной рукой трубку, а другой доставая из стола кружку и кипятильник.

– Не узнаешь? Значит, не нужен я тебе больше? Извозчиком поработал – и хватит? На большее не гожусь?

Она чуть не выронила на пол графин, из которого собралась налить воду в кружку. Она узнала его.

– Что с тобой, Антон? – спросила она, стараясь говорить как можно дружелюбнее. – Чего ты так разозлился?"

"– Поймала Артюхина и радуешься теперь? – продолжал он. – Звезду новую на погоны хочешь получить за поимку беглого преступника, да? А ты забыла, как говорила мне, что даже не знаешь, как его искать? Забыла?

– Нет, я помню. Артюхина не я задержала, а совсем другой сотрудник. Чего ты так раскипятился, Антон?

Она почувствовала, как дрожат ноги, и села на стул. Надо же было попасть так неудачно! И никого рядом нет, все сидят у Колобка. Можно было бы позвонить начальнику по внутреннему телефону, но, когда имеешь дело с маньяком, рисковать нельзя. Кто знает, что именно может вывести его из равновесия. И кто знает, к каким последствиям это может привести…

– Почему тебя так беспокоит Артюхин? Ты что, знаком с ним?

– Это я его выманил, это я заставил его вернуться в Москву. Это я! Слышишь, ты, стерва, я! А ты забрала его себе и радуешься теперь, какая ты ловкая и умная. Воровка!

Понятно, подумала она, теперь хоть что-то понятно. Хоть бы кто-нибудь из ребят зашел…

– А Лариса где? У тебя?

– Что это ты про Ларису спрашиваешь? Беспокоишься? Что же ты о ней не беспокоилась, когда она прибежала к тебе за помощью? Я ведь видел, как она плакала, как просила тебя, а ты ей отказала. Тебе не было ее жалко, ты бросила ее на произвол судьбы, так чего ж ты сейчас спохватилась? Потому что Артюхина поймала?

– Артюхин тут ни при чем. Лариса находится под следствием, ее вызывал следователь, а она не явилась на допрос. Ее тоже сейчас ищут, потому я и спрашиваю, может, ты знаешь, где она.

Настя осторожно прикрыла ладонью микрофон, сняла трубку внутреннего телефона и набрала номер Гордеева.

– А если и знаю, то что? Хочешь, чтобы я тебе сказал, а потом побежишь к начальству докладывать, мол, какая ты умная, Ларису нашла? Хочешь еще раз на чужом горбу в рай въехать?

– Слушаю, – раздался голос полковника из другой трубки. Настя все еще закрывала микрофон и молила Бога, чтобы Антон еще хотя бы несколько секунд продолжал говорить, не ожидая ответной реплики. Иначе ей придется открыть микрофон, и как назло именно в этот момент Колобок произнесет свое «слушаю» еще раз. А вдруг Антон услышит?

– Хочешь еще одну благодарность в личное дело получить, да? Не скажу я тебе, где Лариса.