Казачья кровь

После взрыва последней зашиты он не сумел удержать концентрацию и теперь не был уверен, что сумеет войти в нужное состояние. Слишком велика была усталость. К тому же начала болеть голова, но не место удара об пол. Болели виски, словно в голове появилось маленькое сверло, которое пробивается сквозь кости наружу.

Очередным усилием воли он загнал боль куда-то поглубже и, тяжело поднявшись, устало тряхнул головой, разгоняя темноту в глазах. Но, как оказалось, это не в глазах потемнело, а исчезло световое пятно, в котором он сидел. Если рассуждать логически, это могло означать, что он выполнил испытание, или время, отведённое на его выполнение, вышло. Но раз защита исчезла, значит, он всё сделал правильно."

"Подбодрив себя такими мыслями, Гриша осторожно шагнул к нише, посматривая на потолок, откуда, как он помнил, выпадала решётка. Шаг, другой, третий, но в зале стояла тишина. Подойдя к нише вплотную, Гриша уже потянулся рукой к шкатулке, но, прислушавшись к собственным инстинктам, отдёрнул её. Что-то заставило его остановиться. Чуть подумав, парень вынул из ножен бебут и, найдя взглядом кнопочку открывания шкатулки, ткнул в неё остриём.

Очередной, бог знает какой по счёту, щелчок, и шкатулка моментально превратилась в ощетинившегося ежа. Из каждой щёлки орнамента, украшавшего шкатулку, торчали недлинные иглы, а крышка приподнялась. Заметив на иглах зеленоватый налёт, Гриша понимающе хмыкнул и, подцепив крышку шкатулки кончиком кинжала, поднял её. В тот момент, когда крышка откинулась полностью, в шкатулке снова что-то щёлкнуло, и все иглы исчезли, втянувшись в стенки.

– Механизм взводится полным открыванием, а срабатывает при нажатии кнопки открывания, – констатировал Гриша, заглядывая в шкатулку.

Следующим его жестом стал тихий свист и привычное почёсывание в затылке. Шкатулка, размером три на три и высотой в полторы ладони, была доверху набита грубо обработанными сапфирами густого, тёмно-синего цвета, каждый размером с фалангу большого пальца взрослого мужчины. Это было странно и неожиданно. Гриша ожидал увидеть в шкатулке какие-то свитки, старинные пергаменты, но не камни. Чуть подумав, парень всё тем же кинжалом захлопнул крышку и, достав из сумки пустой вещмешок, сунул кинжал в ножны.

Расправив кожаную сумку, Гриша достал саблю и, осторожно подсунув клинок под шкатулку, ловко отправил её внутрь. Закрыв сумку, парень принялся расправлять солдатский сидор. Толстый фолиант в переплёте из тонких деревянных плах, обтянутых кожей, углы которых были схвачены пластинами серебристого металла. Но больше всего Гришу удивил массивный замок, запиравший книгу. Посредине верхней обложки красовался странный серебристый же знак, с вдавленным в него рисунком.