Казачья кровь

– Что со стариком? – жёстко спросил Гриша, которому спесь этого человека не понравилась. Его сюда не из-за занозы в пальце вызвали.

– Несколько дней будет плохо себя чувствовать, появится тошнота, но это не опасно. Главное, покой и хорошее питание. С барышней всё в порядке. Обычный обморок от испуга. Её даже не били.

– Рана у старика серьёзная? Череп пробит? – не сдавался Гриша.

– Нет. Кожу ободрали. Похоже, кистенём. Рану я зашил. Остальное вам уже известно. Так кто мне заплатит?

– Получите, – едва сдерживаясь, чтобы не скривиться, ответил Григорий, протягивая ему три рубля ассигнацией. – Пролётка ещё здесь.

– Зря вы ему заплатили, сударь, – тихо вздохнул урядник, когда доктор уселся в пролётку. – Я б ему чек полицейского управления выписал, и пусть бы бегал за подтверждением. Вроде врач хороший, а с людьми обращается, как с дерьмом.

– Пусть катится. Дальше сами разберёмся. Прикажите положить слугу в мою машину. И барышню туда же посадите. Я их сам домой отвезу.

– Спаси вас Бог, сударь. Но мне ещё поговорить с ней нужно, – напомнил урядник.

– Ну, так пойдёмте, поговорим, – кивнул Гриша, которому вся эта история жутко не нравилась.

Девушка уже пришла в себя и пыталась хлопотать над контуженым слугой, то и дело называя его дядюшкой. С минуту понаблюдав за этой сценой, Гриша откашлялся, привлекая её внимание, и, почтительно склонив голову, представился:

– Григорий Серко. Казак, инструктор жандармского управления. Зачем вас пытались похитить?

– Ольга Мечникова. Сестра милосердия при доме презрения и госпитале храма Святой Троицы. Мы шли домой, когда появились эти бандиты. Я не знаю, зачем они напали на нас. Денег у нас почти нет. Но они, похоже, и грабить нас не собирались. Сразу ударили дядюшку Варраву по голове, а меня потащили в пролётку.

– Вы когда-нибудь видели этих людей раньше? – задумчиво спросил урядник.

– Нет, никогда, – подумав, тряхнула девушка головой.

От этого движения косынка сестры милосердия развязалась, и тут Гришино сердце неожиданно пропустило удар. Она была настоящей красавицей. Лицо с высоким скулами, чёрные, словно ночь, огромные глаза, смоляные брови и пушистые ресницы, придававшие её взгляду загадочное выражение. Ко всему этому мягкие, чуть припухлые губы и трогательные ямочки на щеках. На вид лет ей было около двадцати.

– Похоже, мне придётся поговорить на эту тему с вашим папенькой, – мрачно протянул урядник и выразительно покосился на парня.

– Гм, – откашлялся Гриша, беря себя в руки. – Тогда не будем терять время. Садитесь в машину, сударь.

– Вы правда отвезёте нас домой? – вдруг спросила девушка.

– А как иначе-то? – развёл Гриша руками, не ожидая подобного вопроса.

– Ну, мы оба в грязи и крови, а вам потом салон чистить, – смущённо пояснила Ольга.