Смерть играет

И каждый раз оно произносилось с безошибочным нажимом, который становился все выразительнее при каждом повторении. Безусловно, эгоистичный тип супруга, подумал инспектор. Эгоистичный, властный и — нервозный. Это было не очень удачное сочетание, принимая во внимание допрос, который ему предстоял. У инспектора появилось неприятное ощущение, что то, что он намеревался совершить в этот вечер, могло принести несчастье двум невинным людям, нисколько не продвинув само расследование. Но это должно быть сделано. Он сам выбрал себе профессию, и уже поздно жаловаться, что эта работа иногда плохо сочетается с джентльменским поведением.

— Разумеется, мистер Диксон, — успокоил Тримбл нервного мужа, — вы имеете право присутствовать во время допроса миссис Диксон, если желаете. Это зависит только от вас… и от нее.

— В этом отношении желания моей жены совпадают с моими, — так же резко и нервно ответил Диксон. — Повторяю, понятия не имею, какой интерес может быть у вас к ней, но думаю, вы все еще расследуете смерть миссис Сефтон, как и в прошлый раз, когда мы встречались и когда я оказал вам всю помощь, которая была в моих силах, что всегда и намерен делать.

— Да, вопрос связан с этим делом, сэр. Мы полагаем, что миссис Диксон сможет нам помочь.

Диксон пожал плечами, собираясь что-то сердито возразить, однако передумал, круто повернулся и, бросив: «Хорошо, я приглашу ее», двинулся к выходу.

Но инспектор, подталкиваемый сержантом Тейтом, остановил его:

— Минутку, сэр. Вы только что заявили, что всегда готовы оказать нам помощь. Тогда у меня есть небольшой вопрос, в котором мне хотелось бы получить от вас помощь, а поскольку он не имеет отношения к миссис Диксон, быть может, мы сразу его проясним?

— Безусловно. А в чем дело?

Можно было заметить, как только дело коснулось его самого, а не жены, он заметно расслабился.

— Мы только что разговаривали с одним человеком по фамилии Збарторовски. Думаю, вы его знаете.

— Его навязала в оркестр миссис Роберте, и я проверял его по поручению Эванса. Собственно, больше я о нем ничего не знаю. А почему вы спрашиваете?

— Он сказал, что вы помогли ему одолжить у мистера Вентри кларнет. Это так?

— Совершенно верно. Будучи пьяным, он разбил свой инструмент и спросил у меня, где он может найти новый. Я знал, что у Вентри есть кларнет, который он не использует, и обещал поговорить с ним. А почему нет?

— Вы знали о том, что кларнет Вентри пропал в тот вечер, когда должен был состояться концерт?

— Если бы я знал, что он исчез, вероятно, я не стал бы просить Вентри одолжить его. Это все?

— Да, сэр, благодарю вас.

Диксон вышел и почти сразу же возвратился с Николой.

— У жены был трудный и утомительный день, — сообщил он. — Поэтому прошу вас — как можно покороче.