Софья - королева данов (СИ)

Своё название минерал, по-видимому, получил от греческого «малахе», означающего мальва, так как своей зелёной окраской он напоминает цвет листьев этого растения. По другой версии название связано с его невысокой твёрдостью: малакос по-гречески – мягкий. В средневековой Европе и в Древней Руси латинское молохитес имело синоним - муррин. В XVII веке можно было услышать мелохилес, мелохитес, молохитес. Последнее название дошло до XVIII столетия, пока не было вытеснено современным написанием «малахит», которое предложил швед. минералог Ю.Г. Валлериус. Это название появилось в 1747 году в его книге, а её русский перевод вышел через 16 лет.

Новая форма написания была принята Европой применительно к уральскому, или, как тогда писали, сибирскому камню. Тем не менее, в первой трети XIX века в России было принято писать «малахид», реже «малакид».

ГЛАВА 6 МУРРИНОВЫЕ ГЛАЗА.

ГЛАВА 6 МУРРИНОВЫЕ ГЛАЗА.

Краков, Польское княжество 1149 год

Сморгнув, я наконец избавилась от марева мурриновых глаз. Немного придя в себя, рассмотрела стоявшего совсем рядом парня, старше меня года на четыре или чуть более. Волосы его были цвета пламени, и я вспомнила, как смотрела на них издали, с удалявшейся телеги.

- Ты чего тут делаешь, Вальдмар? – обратилась к нему с вопросом на польском, приняв за местного.

Он в ответ даже ухом не повел, лишь слегка наклонил голову, разглядывая меня, при этом качнул кучерявыми с рыжиной волосами.

- Ты из местных, при замке? – удивил он меня вопросом на не чётком русском, но со странным выговором.

В ответ я согласно махнула головой, надеясь, что он меня вспомнил, я то его не забывала.

Вальдмар присел рядом со мной на корточки и отодвинул мою руку от коленки, разглядывая рану.

Потом принес лист какой-то травы и приложил к ранке. Затем стащил со своей шеи кожаный шнурок и привязал им листок к коленке.

Я смотрела на всё это с удивлением, странно мне было, что кто-то ко мне добр, заботится и помогает. До того, разве только пестунья обо мне заботилась.

- Благодарю, - прикоснулась рукой, к его руке.

- Имя своё назови, - произнес слегка ломающимся голосом, возраст его был на грани перехода из мальчишеского в мужской.

- Сонька.

- Чего это за имя такое? Впервые слышу, - голос звучал с нотками баса.

- Так назвали. А ты откуда здесь взялся? – я никак не могла понять, как он здесь оказался.

До того я первый раз видела его в Менске, сейчас в Кракове. Мне подумалось, что в Менск он должно быть приходил с людьми моего деда Болеслава.

- Да, с дядей прибыл навестить родню, ненадолго мы здесь.

- А в Менск, тоже к родне приезжал?

- Ну, да. Сонька, а ты откуда знаешь?- он улыбнулся и с прищуром посмотрел на меня.

- Запамятовал, что ли меня? Ты ж нас с братом из реки вытащил, вспомнил?

Он немного приподнял удивленно брови, но потом улыбнулся.