Софья - королева данов (СИ)

Не в моем характере было оттягивать разговор, но всё же я выждала два дня.

Сын будто ждал меня, я как мне показалось увидела легкую усмешку на его губах. Ещё большей неожиданностью было для меня, что он заговорил первым. А уж то что произнес повергло меня в шок.

- Я сообщил Людвигу, что согласен на твой брак с ним. Людвиг скоро пришлет людей для заочной помолвки.

В ответ я молча смотрела на сына, пытаясь осознать сказанное им.

- Кнуд, ты сошёл с ума. Скажи мне, ты хочешь убить меня?

- Королева, я лишь выполняю завещанное отцом. Это вполне подходящий для вас муж.

Я схватилась за голову, мне с трудом удавалось не закричать.

- Успокойся мама, - сын подошёл ко мне и положил руку мне на плечо.

- Отец очень хотел, чтобы ты не была одинока. Людвиг молод, у вас будут дети. Разве не в этом женское счастье? Тебе придаст это сил, ты вновь расправишь плечи и расцветёшь.

Я подняла глаза на сына и произнесла:

- Нет. Неужели ты не понимаешь, что это невозможно. Я не хочу этого...

- Это будет к лучшему.

- Ты не заставишь меня, я не буду произносит перед алтарем клятв. Я не хочу другой семьи.

- Не торопись, мама, подумай. Кстати Зигфрид сказал, что София ждет второго ребенка[1].

- Не о чем думать. Я рада за них. А ещё больше бы обрадовалась твоему...

Сын даже не дослушал, ушел громко хлопнув дверью.

Сколько бы я не пыталась говорить с Кнудом он стоял на своем, уговаривал меня, угрожал. Пугал тем, что оставит моих младших дочерей в Роскилле. а меня лишит дома. На мои слова об уходе в монастырь он ответил, что не один из монастырей королевства не примет меня, это решение Абсалона.

Ровно через месяц прибыли люди от ландграфа Людвига. Кнуд хотел, чтобы состоялось заочное обручение.

Осознать то что делает сын, я могла с трудом. Только судьба младших дочерей останавливала меня от греха, я не могла их оставить круглыми сиротами. С ужасом я наблюдала за приехавшими людьми, часть из них была в белых плащах."

"Увидев их, у меня на миг мелькнула мысль, что возможно там в Тюрингии находится Магнуса. Это единственное, что позволяло мне ещё надеяться встретиться с ним. Но как я не вглядывалась в лица прибывших, я не увидела ни одного знакомого лица, моих друзей детства среди них не было.

Когда Кнуд с ними переговорил, он позвал меня. Я же вновь отказалась в разговоре от замужества.

- Неужели ты не понимаешь, королева что я хочу тебе добра? - настаивал он.

- Нет, я отказываюсь, - я никогда не меняла своего решения.

- Простите королева, - обратился ко мне, один из присланных из Тюрингии, очень молодой рыцарь, примерный ровесник Кнуда.

- Выслушайте меня прошу, - он склонился, показывая поведение благородного рыцаря.

- Говорите, только назовитесь, - я готова была выслушать его.