Сердце Дракона. Двенадцатый Том. Часть 2

Сделать это, учитывая десятки лет глубоких медитация, было не так уж и сложно.

Но проблема пришла откуда не звали.

Когда, различив в звуках изменчивое имя своего верного друга, Хаджар произнес его, то ему показалось, будто к нему, стремглав, мчится все ночное небо с всем его сияющим великолепием падающих звезд, галактик и планет.

Хаджар Дархан не был из пугливых. В этом мире существовало мало того, что действительно могло его напугать. Но видят Вечерние Звезды и Высокое Небо, то, что он ощутил, заставило его открыть глаза, отозвать имя ветра и вжаться спиной в дерево.

— Дыши, Хаджар Дархан, — произнес Чин’Аме. — чтобы не происходило в этой жизни, главное — не забывай дышать.

Простой совет, в котором, когда-то, Хаджар бы не заметил ни толики мудрости, но сейчас… сейчас он понимал, какой глубокий смысл таился в этих, казалось бы, элементарных словах.

— Что… это… было? — с трудом произнес он.

— Сила, — ответил дракон-волшебник. — первозданная, чистая сила. Та, которая, когда-то давно, подняла Белого Дракона к небесам. Никто не может подчинить эту силу, Хаджар. Осознать её. Ибо, подчинив и осознав, мы можем изменить, но изменить ветер нельзя. Так же, как нельзя изменить землю, огонь, воду или деревянную ножку от стула. В этом изменчивом, непостоянно мире, все, на самом деле, постоянно. За кажущейся рябью на поверхности озера кроется холодная, непоколебимая толща воды.

— Но как же магия? Я видел, как она меняла реальность. Создавала чудеса, о которых я и представить не мог.

Чин’Аме посмотрел на Хаджара едва ли не с отеческой теплотой, а затем повернулся в сторону своей родины.

— Когда-то давно я задал тот же вопрос своему учителю, Хаджар. В тот день, на горе нашего павильона, была так же снежно, как здесь… Я повторю тебе его слова — Чин’Аме протянул палец и подхватил на подушечку маленькую снежинку. — Смотри, Хаджар. Это снежинка. Снежинка — это Хаджар Дархан. Вы не знаете друг друга и больше никогда уже не встретитесь. Для тебя эта снежинка — снежинка. Для неё ты — Хаджар Дархан. И, как бы ни был уникален Хаджар Дархан, для снежинки — он человек. И, как бы ни был уникален этот кристалл застывшей воды, как бы ни был неповторим его узор, для тебя это — снежинка.

— Но…

— А теперь подожди немного, — перебил Чин’Аме. Он нагнулся и задышал на палец. И, вскоре, снежинка превратилась в каплю воду. — Смотри, Хаджар. Это капля воды. Капля воды — это Хаджар Дархан. Была ли снежинка на моем пальце мгновение назад. Был ли Хаджар Дархан рядом со мной мгновение назад. Как, якобы, изменилась снежинка, так же изменился и ты сам. Но если вы оба изменились, то… может вы оба остались неизменны.

Чин’Аме сосредоточился, между его бровями пролегла глубокая складка, а затем он с облегчением выдохнул.