Стану твоей проблемой
Он — капитан уголовного розыска. Холодный, жесткий, привыкший доверять только фактам. Она — свидетель, который слишком много видел. Они встретились случайно. Но теперь связаны общей целью — выжить.— Кто за тобой охотится? — Люди, привыкшие решать вопросы радикально... Я отворачиваюсь, скрывая дрожь. Мне страшно, как никогда.— Ты хочешь, чтобы я поверил? — капитан не сводит с меня глаз, как хищник, изучает добычу.— Нет. Просто не сдавай меня.— Я не сдаю тех, кто говорит правду. Слова звучат слишком ровно, но несут какой-то тайный смысл. Слишком опасный, чтобы просто отмахнуться.— А если я вру? — выдавливаю из себя и нервно сглатываю.— Тогда спасать тебя бессмысленно, — криво усмехается и резко нажимает на газ. Теперь за мной охотятся. А я должна верить, что этот мужчина с ними не за одно. Но что, если я ошибаюсь? Что если все это жестокая игра? Каждый шаг на снегу может стать последним. Для меня. Для него. Или для нас обоих.
— Очень оптимистично.
Глава 19 Марат
Дача деда в нескольких десятках километров от МКАД. В закрытом поселке на берегу небольшой речушки. О нем почти никто не знает. Раньше ударникам труда выдавали небольшие клочки земли в качестве поощрения. Когда я был маленьким, часто приезжал к деду летом. А потом, когда его не стало, дачу забросили за ненадобностью. Отец много раз хотел продать за бесценок, но я не позволил. Мне очень дорого это место. На уровне инстинктов. Моё личное место силы.
Плаваю в своих мыслях и не сразу замечаю, что машина теряет мощность. Захлебывается и резко глохнет посреди трассы.
Да твою ж мать!
Внутри все сжимается от злости. Сворачиваю к обочине и едва успеваю съехать с дороги, как машина полностью останавливается. Двигатель молчит, как покойник. Не подает никаких признаков жизни.
Делать нечего, выхожу морозный капкан. Воздух режет лицо, забирается под пальто.
Чёрт возьми, как же холодно.
— Сука, Горелый, твоя тачка меня окончательно добивает, — раздраженно бормочу себе под нос.
Поднимаю капот и с умным видом смотрю на двигатель. Что хочу там увидеть не понятно. Все бесполезно. Я нихрена не понимаю. Может датчик какой отказал на таком морозе.
Дарья выходит из машины. Ветер безжалостно бьет и по ней, она судорожно кутается в шубку, а в глазах застывает вопрос.
— Что ты там пытаешься увидеть?
— Хрен его знает, — выдыхаю я и с силой захлопываю капот. — Колымага допотопная!
Даша хмыкает и зябко трет руки. Пальцы дрожат. Ее холод сковывает быстрее, чем меня. Почему-то это злит ещё больше.
— Может, вызовем кого-нибудь? — жалобно просит она.
Достаю телефон и звоню Горелому.
— Случилось чего? — вкрадчиво интересуется он.
— «Ласточка» твоя ехать отказывается, — зло пинаю по колесу эту груду металлолома.
— Так бензин кончился, наверное, — угорает Леха. — Там датчик сломан.
— А сказать об этом не надо было? — рычу на него.
— Забыл, бывает, — виновато отзывается он. — Да ладно тебе. Вызови эвакуатор и все. Делов-то.
— Да уж как-нибудь разберусь!
Сбрасываю звонок и набираю спецслужбу. Благо номер легкий и помню на память. А то пришлось бы нам тут куковать. Набираю. Трубку берут почти сразу, но радовать меня не собираются. Авария на съезде с МКАД все встало наглухо. Ни один эвакуатор не доедет. Да и вообще всем звонить бесполезно.
Сбрасываю звонок. Отлично. Влипли. Мороз, чужая тачка, и никаких шансов выбраться в ближайшие часы. И, как назло, ни одной машины.
— Ну?? — Дарья с надеждой смотрит на меня и дует на озябшие руки.
— Эвакуатор приедет часа через три не раньше. Так что остается только ждать.
Возвращаемся в машину. Там немного теплее, но не настолько, чтобы согреться. Отправляю сообщение Игнату с координатами и просьбой забрать меня, как можно быстрее.
Проходит полчаса.















