Стану твоей проблемой

Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Его взгляд скользит по мне, и я замечаю легкую улыбку на его лице.

— Готова? — спрашивает он.

— Почти. Не знаю, подойдет ли?

— Отлично выглядишь, — Марат расплывается в довольной улыбке, а мое сердце сбивается с ритма.

Я молча киваю, стараясь спрятать свои сомнения. Вопрос о том, какую роль я играю в жизни Марата, застревает в горле. Почему он действительно решил взять меня с собой? Это просто предлог или что-то большее?

Он делает шаг ближе, его взгляд становится серьёзным.

— Слушай, не накручивай себя. Все будет нормально. Ты справишься.

Его слова звучат уверенно, но я все равно чувствую, как внутри тянет ледяной узел тревоги.

— Можешь расслабиться, — добавляет он, словно прочитав мои мысли. — Это всего лишь ужин. Никто не собирается тебя распинать.

— Надеюсь, что нет, — пытаюсь улыбнуться, но не уверена, что получилось.

Он чуть склоняет голову, оценивая меня с мягкой иронией.

— Ты выглядишь отлично. Честно.

Слова заставляют меня слегка покраснеть. Я поправляю костюм и киваю.

— Хорошо. Я готова.

— Тогда поехали.

Марат рассчитывается картой, подает мне шубу и помогает накинуть ее на плечи. Едва ощутимое прикосновение снова вызывает во мне странное тепло. Его пальцы на мгновение задерживаются на плечах, и я ловлю себя на том, что не хочу, чтобы он убирал руку.

Мы выходим из бутика в тишине, но внутри меня все бурлит от мыслей и эмоций. Страх показаться не на своем месте и одновременно желание поддержать Марата — эти чувства борются между собой.

На улице холодно, но его присутствие согревает. Я краем глаза замечаю, как он бросает на меня короткий взгляд, проверяя, в порядке ли я. Этот жест неожиданно придает мне немного уверенности.

— Не бойся, — вдруг тихо говорит он, будто сам чувствует мое напряжение. — Они обычные люди. И не едят никого, кроме меня.

Шутка кажется актуальной, но мне отчего-то совсем не смешно.

Машина мчится по темной дороге. Фары выхватывают из тьмы голые деревья и пустые поля. В салоне напряженная тишина. Лишь шины шуршат по асфальту, нарушая ее. Я сжимаю пальцы на подлокотнике и бросаю взгляд на Марата. Он молчит, сосредоточенно глядя на дорогу, но что-то в его лице говорит о том, что мысли его далеко отсюда. Я замечаю, как его пальцы крепче сжимают руль. Может, он тоже нервничает?

Мне нужно что-то сказать, чтобы разрядить обстановку.

— Почему ты решил взять меня с собой? — спрашиваю наконец, осторожно.

Марат не сразу отвечает. Он слегка напрягается, будто не ожидал вопроса. Затем, не отрывая взгляда от дороги, отвечает:

— Родители не знают, что происходит. Но лучше так, чем оставлять тебя одну.

Его голос звучит спокойно, но в нем я улавливаю скрытую заботу. Эти слова неожиданно успокаивают меня.