Стану твоей проблемой

— Где мы? — шепчу я, стараясь держать голос ровным, хотя внутри все дрожит.

— Мы внизу, в подвале. Это место не больница. Это что-то другое…. — тихо отвечает одна из девушек, рыжеволосая и худощавая. — Они забирают нас по одной. И никто не возвращается.

— Морг, — шепчет вторая девушка, кутаясь в кофту.

Мое сердце делает резкий болезненный удар.

— Куда забирают?

— Мы не знаем…. — ещё одна девушка, хрупкая брюнетка, качает головой. — Мы слышали, как кто-то сказал про «отправку» и «перемещение». А потом раздавались крики…"

"Настя опускает голову. Я чувствую, что она что-то скрывает.

Прежде чем я успеваю задать ещё вопросы, снаружи раздаются шаги. Тяжелые, уверенные. Кто-то идет.

Девушки замирают, прижимаются к стене. Настя вцепляется в мою руку. Одна из девушек начинает рыдать, тихо, почти беззвучно, но от этого ее страх ощущается ещё сильнее.

Замок на двери щелкает. Дверь открывается, и на пороге появляются трое людей в медицинских костюмах и перчатках. Лица скрыты масками, но по движениям понятно — они здесь не для того, чтобы помочь.

— Эти трое, — говорит один из них, кивая на девушек.

Настя делает шаг назад, ее пальцы впиваются в мою кожу.

Я смотрю на руки одного из них, и холод пробегает по спине. На левом предплечье, выступая из-под защитного костюма, извивается татуировка змеи, обвивающей руку и исчезающей зубами у запястья. Я уже видела её. Где? Когда? Сердце бешено колотится в груди. Я знаю этот знак.

— Нет! — я бросаюсь вперед, загораживая сестру собой. — Вы не имеете права!

— Отойди, — ровно говорит второй человек. — Или мы тебя тоже заберем.

— Попробуйте, — оскаливаюсь я, чувствуя, как внутри поднимается ярость. — Только если я разорву вас первыми.

Они переглядываются. Такой реакции они явно не ожидали.

Один из них делает шаг вперед, но я не двигаюсь, смотрю прямо в глаза, даже если они скрыты за стеклом очков.

— Они никуда не пойдут, — шиплю я. — Вы не имеете права!

В тишине слышно только дыхание. Позади меня девушки всхлипывают, кто-то молится себе под нос. Запах страха становится почти осязаемым.

— Позже, — бросает третий, и они, развернувшись, уходят, но не закрывают дверь сразу. Один из них задерживается в проеме и бросает через плечо:

— Ты пожалеешь об этом.

Дверь захлопывается, и звук запираемого замка будто вдавливает меня в землю.

Я закрываю глаза, вцепляясь в руку Насти. В груди растет паника, холодная и жгучая одновременно. Я не могу здесь умереть. Не могу позволить им забрать Настю.

Я зажимаю зубами губу, до боли, до крови, чтобы не разрыдаться вместе с остальными. Марат….

— Пожалуйста, поторопись.… — шепчу я почти беззвучно в темноту, словно молюсь о чуде.

Время замедляется. Я теряюсь в нем и уплываю в какое-то странное состояние. Сознание путается. Думать получается с трудом.