Сто оттенков страсти

 — Вино не предлагаю?

— Я не пью! — Роман скептически приподнял брови, но комментировать не стал. — А, в принципе, думай что хочешь.

— В твоих интересах, чтобы я думал о тебе хорошо, — холодно произнес он, раскладывая на тарелки еду.

Проигнорировав очередной выпад в свою сторону, принялась пробовать итальянскую кухню, приготовленную наверняка в лучшем ресторане.

«Сто лет не ела лазанью», — проглатывая первый кусочек, подумала я. Ризотто и цыпленок меня не интересовали, а вот контейнеры, в которых лежала панна котта и тирамису приковывали к себе взгляд.

— Как умерла твоя сестра? — равнодушно прозвучал вопрос, а у меня ком подкатил к горлу, слезы чуть не брызнули из глаз. Как могут люди быть такими жестокими?

— Неужели ты это не выяснил? — справившись с собой, почти спокойно спросила."

"— Мне сказали, что в больнице при родах. Как это произошло?

— Не смогли остановить кровотечение, а по делу просто не досмотрели. Дежурная смена в тот день не успевала принимать роды, кто-то был на операции, а когда обратили внимание на Оксану, было уже поздно ее спасать. — изо всех сил старалась держать себя в руках, но все равно соленые капли потекли из глаз. Опустив голову, стерла ладонью слезы.

— Лиза росла в детдоме? Удивительно, что ее никто не удочерил.

— Лиза не росла в детдоме, — негромко произнесла я. Алмазов поднял на меня взгляд, ничего не произнес, но дал понять всем своим видом, что ждет объяснений.

Говорить об этом не хотелось, но если я хочу заручиться его поддержкой, придется открыть всю постыдную правду.

— Лизу воспитывала наша с Оксаной тетка, — уткнулась в тарелку, аппетит пропал.

— Она умерла?

— Нет.

— Тяжело заболела? — от его голоса волоски на коже поднялись дыбом.

— Нет, — ковыряя вилкой в лазанье, ответила я еле слышно.

— Запила?

— Нет.

— Мне до утра вопросы задавать? — отложив вилку, он ждал объяснений.



— Она сдала Лизу в детдом.

— Причина? — чувствовала себя словно на допросе.

— Тетка уехала в Норвегию к своему жениху, но всем в станице она сказала, что отправляется на заработки.

— Почему сразу не обратилась? Сколько ребенок находится в детском доме? — Алмазов словно обвинял в этой ситуации меня. Оправдываться не в моем характере, но тут хотелось объясниться.

— Я сама узнала об этом только три недели назад. Лиза в детдоме находится чуть больше двух месяцев, — глаза защипало от слез, я чувствовала себя предательницей.

— Рассказывай все! Мне клещами тянуть из тебя информацию? — его грубый тон меня не задел. По Алмазову было видно, что он не настолько безразличен к судьбе Лизы, как пытается показать, а для меня это самое главное.

— После смерти родителей тетка взяла нас с Оксаной в свой дом.