Сто оттенков страсти

Состроив рожицу экрану мобильника, я подняла кружку с чаем и направилась в крайнюю спальню, в которой еще вчера думала спать. Теперь это моя мастерская. Днем в эту комнату попадает больше всего света, и можно спокойно здесь рисовать.

Умеет Рома так ответить на вопрос, что ты остаешься в неизвестности. Интересно же, что у него за оценки. Хотя это любопытно только мне, а клиентов их конторы интересует только одно — выиграть процесс. Кто-то может хвастаться пятью красными дипломами и зарабатывать гроши, а кому-то этот диплом для галочки, потому что он родился победителем. И это совсем не зависит от того, кто твои родители: банкиры, пилоты или учителя… Если ты готов сражаться и побеждать, у тебя все получится.

Я могла сколько угодно восхищаться этим мужчиной, но экзамен за меня никто другой не выучит, а я просто обязана сдать его на «отлично»! Подумав немного, полистав материал, я немного планку опустила. Я просто обязана сдать на «хорошо», а там, может, повезет!

Первые капли дождя стали падать на землю около девяти часов. Через десять минут началась гроза. Сильные порывы ветра поднимали в воздух мусор, клонили до земли ветки деревьев. Знала, что во время грозы нельзя стоять у окна, но не спешила уйти вглубь дома. Эта картина за окном завораживала: красиво, мощно. Дождь уже лил как из ведра, а Рома еще не пришел.

«Свет бы не отключили». - только успела подумать, и на тебе, сижу в темноте!

— Фиалка! — раздалось из коридора.

Я ринулась к нему, споткнувшись о порог, грохнулась на пол. Даже буря за окном не смогла скрыть шума падения. Вешу всего сорок пять килограмм, а грохота от моих костей…

— Ты жива? — встревоженный голос раздался совсем рядом.

— Да, — отползла я от двери назад в спальню. — Мольберт упал, сейчас подниму.

— Мольберт?

— Ага. — отыскав в темноте нужный предмет, прислоненный к стене, я его несколько раз еще грохнула об пол для убедительности и поставила назад. — Блин, так темно.

Коленки и локти ужасно болели, но я ни за что не признаюсь в своей неуклюжести!

— Прометей принес свет, идем в кухню, будем ужинать.

— Прометей, — усмехнулась я. Подошла к нему и коснулась промокшей рубашки. Мои ноги стояли в центре лужи, которая продолжала увеличиваться.

— Это с пиджака, — поднял он руку с вещью. — Не хотел заходить, но, услышав, что ты… уронила мольберт…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Раздевайся и в душ, — оборвала я Рому, как только поняла, что он надо мной подтрунивает.

— Фи-и-а-алка-а, — протянул Алмаз мое имя. — Ты хоть фонариком от телефона посвети, а то весь стриптиз пропустишь, — засмеялся он, а я почувствовала, как по телу разлился предательский жар.