Судоплатов. 10 лет спустя

"

"Я возвел глазу к потолку, но промолчал, а Кузнецов продолжил — Людмила с тринадцатилетним братом Алексеем и матерью возвращались из эмиграции назад в Россию. Их отец Леонид Алексеевич Федосеев был высокопоставленным царским чиновником, потомственным дворянином, а его жена Анастасия Матвеевна — стоматологом, выпускницей Санкт-Петербургского женского медицинского института. Мать Людмилы была одиннадцатым ребенком в семье терских казаков, почти все ее близкие были убиты в годы революции. Ты не представляешь как им не повезло! Во время гражданской войны в двадцатом году уехали в Крым, затем в Галлиполи и Константинополь. Они прибыли во Францию в ноябре двадцать второго года. По дороге дети потерялись, были спасены Красным Крестом и помещены в детские приюты. Затем семья воссоединилась, Людмилу, к примеру, родители нашли в Муассаке. Через год сильно потрясенный событиями в России, изгнанием и последующими испытаниями и лишениями Леонид Алексеевич Федосеев умирает в Тулузе. Анастасия Матвеевна, оставшись одна с двумя детьми, сделала все возможное, чтобы найти работу, чтобы выжить: была швеей, занималась изготовлением шляп и прочего. В это же время она изучала французский язык, чтобы продолжить учебу, в итоге ей удалось получить степень по стоматологии. Однако, будучи лицом без гражданства, она никак не могла получить работу в центральной Франции. В двадцать восьмом году Анастасия Федосеева, наконец, заключает контракт на работу по специальности «стоматологическая хирургия» в Африке — в Кот-д’Ивуаре и Судане. Узнав из газет о массовом возращении соотечественников в Россию, семья решила вернуться. Я помог им с билетами в Берлине и привез их в Москву.

— И кем ты им представился? — меня эта история начала забавлять, неужели Коля в девочку втюрился.

— Сотрудником советского торгпредства, я в Германии передвигался по этим документам.

— Ну привез ты их в Москву, не на у лице же ты их бросил?

— Ты, Павел, за кого меня принимаешь? Я их поселил пока на трое суток в «Метрополе». Пришлось нашей гэбэшной броней воспользоваться. Причем заплатил из своих кровных. Помочь бы людям! Вот не поверишь, мне действительно их стало жалко!

— И это мне говорит человек, у которого личное кладбище побольше чем у хирурга! — я посмотрел на часы — Ладно, пойдем посмотрим на твоих возвращенцев, пока обеденный перерыв.

Подумав, я набрал по телефону главврача нашей ведомственной поликлиники — Юрий Петрович, здравствуйте. Судоплатов у телефона. У вас случайно нет вакансии стоматолога? — услышав, что хорошим врачам всегда рады, я довольно потер ладони.

Переодевшись в гражданский костюм, я с Николаем поспешил в гостиницу.