Сверхсекретный объект
Капитан Осокин был когда-то на хорошем счету у командира спецподразделения ГРУ «Каскад» подполковника Федорова. Но теперь у него новое имя Стен и кличка Циклоп, и он возглавляет диверсионную группу, заброшенную в Россию для сбора секретных сведений о баллистической ракете «Тополь-М». По иронии судьбы, Федорову пришлось возглавить операцию по поимке Циклопа и его команды. Он знает, с кем имеет дело: Осокин убивает человека одним ударом и не знает себе равных в стрельбе по-македонски. Но и бывший, и новый руководитель «Каскада», майор Кудрявцев, полны решимости остановить матерого диверсанта, предателя и убийцу, ведь они хорошо знали его задолго до того, как он был отчислен за мародерство из отряда, попал в Штаты и был завербован ЦРУ...Роман издавался под названиями «Охота на Гризли», «Стрельба по-македонски».
00
Кровь натужно стучала в висках. Майка на груди и на спине промокла от пота. И что самое худшее – повязка на плече тоже пропиталась кровью. Но, несмотря на усталость и возобновившееся кровотечение, Стен упрямо несся по лесу, на бегу выхватывая взглядом ориентиры, чтобы не сбиться с выбранного направления. Он хрипел и отплевывался, как загнанный зверь, но мускулистые, тренированные ноги механически толкали тело вперед, и в этом подобии транса он продолжал свой сумасшедший бег. Диверсант не знал, какое расстояние он преодолел, попадающиеся на пути сосны и ели, кустарник, заросли папоротника и можжевельника мелькали с поразительной быстротой. Спуск... подъем... снова спуск... пригорок... ложбина...
Раздался сухой треск переломившейся ветки, левая нога диверсанта внезапно провалилась под землю, и Стен, потеряв равновесие, рухнул в высокий папоротник, густо разросшийся в неглубокой ложбине. В первый миг после падения его охватил панический ужас, а перед глазами возник образ Марка, вцепившегося руками в свою сломанную ногу, и его перекошенное от боли лицо. «Нет! Не может быть! Я не хочу этого!» – едва не разразился Стен криком отчаяния, но, прислушавшись к себе, определил, что, кроме саднящего плеча, он больше нигде не чувствует боли, что означало, что его провалившаяся под землю нога не только не сломана, но даже не вывихнута. Диверсант перевернулся на спину и осмотрел свою щиколотку. К подошве его кроссовки прилипло несколько клочков шерсти, и Стен определил, что по невнимательности угодил ногой в замаскированную барсучью нору. «Черт, – с облегчением выругался он. – Все могло кончиться гораздо хуже. Сломай сейчас ногу – и остается только пустить пулю в висок».
Убедившись, что перелома нет, Стен взглянул на свои наручные часы и с удивлением обнаружил, что с того момента, как он спрыгнул с ракетного тягача и бросился в тайгу, прошло чуть более десяти минут. «Сколько я смог пробежать за это время? Километра три – не больше. Мало, – констатировал он. – Чрезвычайно мало, чтобы надежно оторваться от погони. Отрыв должен быть в несколько раз больше. Боб, конечно, отвлечет погоню на себя, но ненадолго. Когда они остановят тягач и убедятся, что там только один водитель, сразу бросятся за мной»."
"Он оперся рукой о землю, собираясь подняться и продолжить бег, и тут обнаружил, что совершенно выбился из сил. Висящий за спиной рюкзак неудержимо тянул вниз. Хотелось только одного – упасть ничком на землю и лежать, лежать, восстанавливая силы. Но Стен не позволил себе расслабиться. Он заставил себя сесть и стянул с плеч рюкзак. «Слишком тяжел, – удрученно вздохнул Стен, взвесив рюкзак в руках. – С такой ношей да еще открывшейся раной я много не пройду. Повязку надо заменить, а от лишнего снаряжения срочно избавиться».














