Сверхсекретный объект
Капитан Осокин был когда-то на хорошем счету у командира спецподразделения ГРУ «Каскад» подполковника Федорова. Но теперь у него новое имя Стен и кличка Циклоп, и он возглавляет диверсионную группу, заброшенную в Россию для сбора секретных сведений о баллистической ракете «Тополь-М». По иронии судьбы, Федорову пришлось возглавить операцию по поимке Циклопа и его команды. Он знает, с кем имеет дело: Осокин убивает человека одним ударом и не знает себе равных в стрельбе по-македонски. Но и бывший, и новый руководитель «Каскада», майор Кудрявцев, полны решимости остановить матерого диверсанта, предателя и убийцу, ведь они хорошо знали его задолго до того, как он был отчислен за мародерство из отряда, попал в Штаты и был завербован ЦРУ...Роман издавался под названиями «Охота на Гризли», «Стрельба по-македонски».
Вновь наступила пауза, тянувшаяся еще дольше, чем первая. Вдруг Федоров задал неожиданный вопрос:
– Ты выяснил – он действительно ранен?
– Да! – тут же ответил Евгений. – Здесь же, в лощине, мы обнаружили целый моток пропитавшихся кровью бинтов! Прежде чем рубить «хвост», он сделал себе перевязку!
– Значит, он ранен, – с утвердительной интонацией повторил Федоров, и Евгений услышал в его словах определенную надежду. Ему все стало окончательно ясно, когда Федоров вновь заговорил. – В том районе, где вы оказались, живет один из смотрителей заповедника со своей женой. Судя по моей карте, вы находитесь всего в десяти километрах от его дома... – Подполковник назвал точные координаты и продолжал: – Если Осокин ранен, ему наверняка нужна дополнительная медицинская помощь и временное убежище, где он мог бы восстановить свои силы. А дом смотрителя – это то место, где он может получить и то и другое. Так что, скорее всего, он направился туда.
Прозвучавшая в словах Федорова надежда вселила уверенность и в Евгения Кудрявцева. Он стиснул пальцами висящий у бедра автомат и произнес:
– Если Осокин в доме смотрителя, мы его возьмем!
– Женя. – Опустив кодовый позывной, Федоров неожиданно для Кудрявцева назвал его по имени. – Слишком долго мы позволяем Осокину безнаказанно убивать. За ним и так уже тянется длинная цепочка смертей. А там, в доме, мирные люди. Постарайтесь спасти хотя бы их.
– Да, Иван Захарович, – переняв обращение Федорова, ответил ему Евгений. – Мы все сделаем – аккуратно подберемся к дому со стороны леса. Так что до завершающего броска Осокин нас не обнаружит.
– Действуйте, – одобрил его план Федоров и добавил: – Учтите, у смотрителя заповедника наверняка есть собака.
Пожелав Евгению удачи, Федоров отключился. Кудрявцев тут же свернул рацию и спрятал ее в чехол.
– Возвращайтесь к вертолету и там ждите моих дальнейших указаний! – приказал он командиру пограничной команды, затем на секунду задержал свой взгляд на Владимире Смирнове, потерявшем свою любимую собаку, и добавил: – Пойдешь с нами. Нам может потребоваться твоя помощь.
* * *"
"...Друг за другом они молча бежали по лесу – восемь человек в одинаковой камуфляжной форме, с короткими крупнокалиберными автоматами за спиной и девятый – со стандартным «калашниковым». Замыкал строй ефрейтор Смирнов. Он изо всех сил стремился не отставать от более тренированных и физически крепких спецназовцев армейской военной разведки. Но путь то и дело преграждали низко растущие ветви елей, под которыми приходилось пролезать, или вообще непроходимый бурелом. Все это сбивало с ритма, и пограничник вскоре совершенно выбился из сил. К тому же от беспрестанных наклонов под нижние ветви деревьев у него заболели спина и шея.














