Сулейман. Я выбрал тебя (СИ)

Стараясь не коснуться, он обходит меня и приближается к памятнику, кладет на него ладонь и что-то почти беззвучно произносит. А потом уходит.

Я не смотрю вслед.

Поворачиваюсь к улыбающемуся Тищенко и сквозь слезы дарю ему свою улыбку, тихонько шепча:

– Спасибо, Сашка, что защитил.

Жизнь – совершенно непредсказуемая штука. И нередко преподносит сюрпризы.

Я даже не предполагала, что мой почти друг уже сдержал обещание и заступился за меня в прошлом. И этот очень значимый для меня факт моментально делает этот день намного светлее и ярче.

Глава 14

– Маша, садись в машину, – произносит Сулейман, затормозив рядом со мной и приоткрыв окно.

Он перегибается через пассажирское сидение и, дотянувшись до ручки, сам распахивает дверь. Отказываться глупо: на улице холодно и ветрено, и такси я вызвать не успела, понадеявшись поймать его прямо на выходе.

– Спасибо, – благодарю, забравшись в уже хорошо прогретый салон.

Стягиваю капюшон, снимаю варежки и, растопырив пальцы, прислоняю их к решетке подачи теплого воздуха.

– Домой? – интересуется Султанов, скользнув по мне внимательным взглядом. – Только пристегнись обязательно.

– Угу, – отвечаю сразу и на вопрос, и на просьбу, – сегодня домой, к родителям на вкусняшки завтра пойду.

Не знаю, зачем говорю о последнем. Мы же не друзья и не приятели для подобных тем.

А, начав анализировать, сразу теряюсь и замолкаю, пряча руки в карманы.

Веду себя как нахохливший воробей, не иначе.

– Это здорово, когда семья – рядом. Мои все в Москву перебрались и счастливы, – Сулейман, не замечая моих терзаний, легко поддерживает разговор. А когда говорит о родне, по его четко очерченным губам пробегает мимолетная улыбка, делая его как-то моложе и дружелюбнее, что ли. – Кроме меня у мамы еще трое детей, две девочки и младший сын. А ты одна у родителей? Ни братьев, ни сестер нет.

Бросает на меня беглый взгляд и вновь возвращает внимание к трассе.

А я мысленно благодарю бога, что скользкая дорога, светофоры и пешеходы занимают большую часть его времени. Слишком волнительно наше нахождение вдвоем в машине.

Не то, чтобы от этого становилось неуютно, но как будто перебор.

– Одна, – произношу сипловато и прочищаю горло, отворачиваясь к боковому стеклу.

Иначе не могу.

Залипаю то на по-мужски сурово-красивом лице, изучая каждую черточку, то на крепких широких ладонях, легко и непринужденно касающихся кожаной оплетки руля и время от времени переключающихся на рычаг коробки передач.

Вот же дурная голова.

Как можно бояться человека и в то же время восторгаться его физической привлекательностью, харизмой и магнетической притягательностью? Не могу ответить на этот вопрос даже самой себе."

"– Маша, я сегодня вечером уезжаю в Москву.