Сын для миллиардера

Да если бы Артур налево ходил, он бы не был таким озабоченным маньяком как сейчас!

Так я себя переубедила.

Ну а что, логично!

Так сорвался, будто несколько лет женщин не видел.

Я почувствовала, как мою юбку приподняли, как сильные пальцы вцепились в трусики, резко их дернув, а потом вдруг немного пришла в себя и поняла, что мы так-то стоим на балконе, можно сказать, у всех на виду.

— Артур, — задыхаясь хриплю, — мы… м-мы… же на улице.

Нахал почти стянул с меня трусики.

Он мял мою грудь под блузкой. Алчно целовал шею, облизывая нежную кожу языком, двигал бёдрами вперёд и назад, насаживая попкой на вздыбленную ширинку — всеми способами пытался меня завести и подразнить.

Его большой, толстый член пылал жаром даже через плотную брючную ткань. О-о! Я забыла какой у него там гигантский размер! Порой мне казалось, что он прижимает ко мне бейсбольную биту. Вот только биты не могут быть такими горячими!

Не слышит меня. Продолжает насиловать и почти прилюдно трахать. Соседей на балконах нет, но мне все равно кажется, что за нами наблюдают, прячась за шторами окон.

— АРТУР! — толкнулась со всей силы попкой назад, лишь только так он немного опомнился и убрал руки от груди, опустив их вниз, но эрекция от моего манёвра стала только твёрже.

— Не могу больше ждать. А ты не хочешь экстрима? Впереди у нас горячие каникулы, я буду брать тебя в самых необычных местах!

Я поняла почему он убрал руки!

Чтобы как следует смять мои ягодицы.

— Что?

— Да, Ягодка! Ты сама напросилась! Захотела уехать из России и спрятаться? Только ты и я… И выматывающий бурный секс двадцать четыре на семь!

Отвесив лёгкий шлепок, Артур рассмеялся, подхватывая меня на руки.

— Идем, я знаю лучший вид, он открывается из окна в спальне. Буду трахать твою сладкую попку с видом на Эйфелеву башню!

Он вносит меня в комнату, плавно укладывая на кровать. Горячо и исступлённо целует, снимая с меня одежду. Расстегивает пуговицы на блузке, тянет вниз юбку, оставляя меня в одном только нижнем белье.

Артур делает паузу, восхищённо меня рассматривая. А я в этот момент смотрю на его ширинку и не понимаю, как она ещё не разошлась по швам. Вот где реальная Эйфелева башня, так это в трусах Королёва.

— Разворачивайся, Мила, — с доминирующими нотками в голосе хищно требует он, — становись на четвереньки.

Не нужно меня заставлять. Возбуждение такое дикое, что невозможно больше терпеть ни секунды! Послушной, гибкой кошечкой я, оттопырив попку кверху, исполняю приказ.

Но, перед тем, как принять позу, которую пожелал мой мужчина, Артур нежно провёл губами по моему животику и сладко его поцеловал. Это действие возбудило меня даже больше, чем опытные мужские пальцы, пощипывающие мои соски.

— Прогни поясницу, — надавливает ладонью, показывая, как надо.