Сын маминои подруги (СИ)

Нет, это, в самом деле, самый чудной Новый год в ее жизни!

Уля с удовольствием пошевелила пальцами в мягких теплых носках.

Захар протянул ей бокал. Сел рядом, очень близко, легко стукнул своим бокалом о ее.

— С Новым годом, Уля.

Она даже вздрогнула. Почему-то. Захар до этого всегда называл ее полным именем — Ульяна. И вот это короткое и интимное Уля… От него кружилась голова. Или это от второй бутылки шампанского.

Или от его поцелуя. Очень удобно целоваться на кровати.

Потому что если у тебя совсем сильно закружится от поцелуев голова — можно на кровать упасть.

Закинуть за голову руки и просто позволять, позволять себя целовать, хмелея — от шампанского, мерцания гирлянд на окне, смелых мужских губ и быстрого настойчивого языка.

И от шепота Захара на ухо:

— Знаешь, по-моему, все, кроме носков, на тебе лишнее.

Ничего, никаких угрызений совести не проснулось. Ни единого комплекса или сомнения. Уля позволяла Захару себя раздевать, послушно прогибаясь в спине и поднимая бедра. В голове остаточно мелькнула мысль о том, что, если бы Уля заранее знала, что так все случится — она бы взяла с собой что-нибудь еще из одежды, кроме удобного трикотажного костюма и пижамы. Что, вечернее платье? Эта мысль показалась ей смешной, но быстро исчезла. Так же, как и мысль о том, что какое-нибудь красивое кружевное белье было бы все же кстати — вместо удобного бесшовного. Но Захар и удобное бесшовное очень быстро смел с ее тела.

И Уля осталась и в самом деле только в толстых веселых носках с оленями и снежинками. Абсолютно голой и подрагивающей от предвкушения.

Рука Захара легла на ее колено, скользнула вверх по бедру.

— Какая же ты красивая… — произнес он хрипло."

"Сейчас Уля ему верила. Мужчина с таким взглядом не может врать.

***Голые девчонки в одних только носочках обычно попадаются почему-то в американской порнушке. Только там носочки бывают обычно белые, а сами девчонки — тощие и с неестественными грудями.

А сейчас перед Захаром лежала абсолютно обнаженная роскошная девушка в одних только пестрых носках, цвет которых повторял блики от гирлянды на ее теле — зеленый красный, темно-оранжевый.

Главное, не гнать лошадей, как вчера. Сегодня у них вся ночь впереди. Захар протянул руку, взял с тумбочки бокал и залпом его выпил. А потом резко через голову стянул лонгслив. И наклонился к Уле.

Они снова долго и со вкусом целовались. Потом он так же долго и со вкусом целовал ее роскошную пышную грудь, пока его не отвлекла уже почти нестерпимая болезненность от того, как давит замок на джинсах. Сел. Выдохнул. Посмотрел на Ульяну, румяную, растрепанную, на ее торчащие соски — и поплыл окончательно. Ненадолго отвлекся, чтобы отхлебнуть шампанского прямо из горлышка, и в этот момент внезапно утратил инициативу.

И оказался на спине.