Сын маминои подруги (СИ)

И ее мгновенно вырубило прямо на диване. Словно от наркоза.

Как звонил будильник, она не слышала — его выключила, что-то проворчав, Настасья Капитоновна. Она же укрыла Улю пледом.

Проснулась Ульяна резко и долго не могла понять, что происходит, где она и сколько сейчас времени. Из-за приоткрытой двери маленькой спальни доносился заливистый храп Настасьи Капитоновны.

Ульяна нашарила на полу телефону, поднесла к лицу, щурясь на яркий свет. Двенадцать без четверти! Ее же Захар ждет!

Стараясь ступать бесшумно, Уля прошла к входной двери, накинула пуховик, обулась, пригладила волосы. Сунула руки в карманы, нашла там подаренное Захаром яблоко, аккуратно откусила. И осторожно толкнула дверь.

Глава 5

Окна дома Захара были темные. Неужели спит?! Это единственное, что Ульяна успела заметить и подумать, прежде чем ее кто-то тронул за руку. Она подскочила на месте, а крик остался запечатанным в горле большой мужской ладонью.

— Ты чего орешь? — зашептал ей Захар на ухо.

Она медленно подняла руку и убрала его ладонь со своего рта.

И обессиленно откинулась на его грудь.

— Как ты меня напугал…

— Чего напугал-то?

— Я думала, ты меня дома ждешь.

— Нечего тебе по ночам одной ходить, — он распахнул куртку и обернул Улю полами. — А я тут уже полчаса жду.

Ульяна развернулась, скользнула руками под куртку и обняла за спину.

— Замерз?

— Не. А, да, замерз! Пойдем меня греть.

— Пойдем.

И Уля снова захрустела яблоком, которое чудом не выпало у нее из ладони.

***В доме по-прежнему горели только гирлянды. И Захар по-прежнему крепко держал ее за руку, пока они поднимались по лестнице на мансарду. И там их по-прежнему встречала широкая кровать. И блюдо с фруктами так же стояло на прикроватной тумбочке. Только вместо шампанского сегодня — кувшин с рубиново-красным морсом.

И поцелуи Захара такие же… такие же горячие. И руки его тоже горячие. И куда-то быстро исчезает одежда. И все, что Ульяне нужно — это его горячее обнаженное тело.

Она снова попадает под гипноз его прикосновений. Ничего не видит, ничего не слышит, только чувствует. Как его руки гладят и сжимают грудь. Как трутся горячие и чуть шершавые ладони о соски. Как на смену ладоням приходят пальцы. Потом губы.

И потом его губы везде, и она уже точно знает, что скоро будет совсем хорошо и сладко. Уверенность в этом — что-то совершенно новое для Ульяны. Это первый мужчина в ее жизни, про которого есть такая уверенность. Про которого она точно знает, что он сейчас сделает ей хорошо. Очень хорошо. Так, как до него никогда не было.

И он делает.

И, дав ей немного времени продышаться после оргазма, обжигает шепотом ухо то ли просьбой, то ли стоном.

— Сзади тебя хочу. Пожалуйста…

Можно подумать, она бы смогла отказать. Можно подумать, он бы дал ей такой шанс.