Сын моего сына

Ты столько лет в холостяках ходишь, — Лена улыбается, чуть склоняя голову. — А тут девочка совсем молоденькая. Сколько ей, двадцать?

Моя челюсть непроизвольно напрягается, а пальцы сжимаются в кулаки под столом. Почему-то этот её вопрос — как соль на рану. Я едва сдерживаю раздражение, делая вид, что меня это совершенно не волнует.

— А ты бы предпочла, чтобы я на бабке женился?

— Ну, что ты! Бабка — это перебор. Тебе бы женщину по своих годах подобрать, — её глаза блестят хитро, как у кошки, поймавшей мышь.

— Хватит, — голос мой становится холоднее. Я поворачиваюсь к ней, и наши взгляды встречаются. — Это вообще не твоё дело, Лена. Занимайся своей работой.

— Но твои рейтинги… — Тимур, они падают со вчерашнего вечера, — она включает телефон и открывает опросники, показывая мне графики.

— В жопу все рейтинги!

— Лена, — рычу я, мои пальцы уже сильно сжаты. — Закончим на этом.

— Но Тимур, — она делает шаг вперёд, её голос становится мягче, как будто она хочет уговорить меня. — Это же твой имидж. Я из шкуры вон лезу, чтобы ты не проиграл эти выборы, а ты… ты…

Я отвожу взгляд от графиков и встречаюсь с ней глазами.

— Мне повторить свой ответ? Мне насрать на все ваши рейтинги!

Елена вздыхает, её самодовольная улыбка исчезает, уступая место недовольству. Она убирает телефон и скрещивает руки на груди.

— Хорошо, Тимур, — её голос звучит холоднее, чем обычно. — Но не говори потом, что я тебя не предупреждала.

— Лена, выйди, — говорю я, сдерживая раздражение.

Она медлит, словно хочет сказать ещё что-то, но в конце концов поворачивается и выходит из кабинета, тихо прикрывая за собой дверь.

Я снова остаюсь один. Устало провожу руками по лицу, пытаясь успокоиться, но мысли об Ангелине не дают мне покоя.

Кажется, что моё терпение вот-вот лопнет. Я хватаю телефон и начинаю нервно листать список контактов, останавливаясь на её имени. Нет, писать не буду. Я уже несколько раз пытался начать разговор, но все мои попытки она рубит на корню.

Чёрт! Почему я вообще думаю об этом? Почему она стала для меня такой важной? Мы ведь договорились… Но ведь всё пошло не так, как я планировал.

Снова поднимаю телефон. Пишу короткое сообщение:

«Поговорим?»

Но не успеваю отправить, как экран блокируется. Я в ярости швыряю телефон на стол. Всё. Хватит!

Ангелина

Мы с Тимуром не разговариваем уже несколько дней, и от этого мне откровенно плохо. Я ловлю себя на том, что думаю о нём всё чаще — вспоминаю его прикосновения, тот жаркий поцелуй, который неожиданно сбил меня с ног. Его ревность. Я вспоминаю об этом снова и снова, но внутренние сомнения грызут меня изнутри.

Сегодня мне хотелось спрятаться от этого хаоса в своей голове, сосредоточиться на чём-то более важном. Но с самого утра Даня какой-то странный — вялый, не такой активный, как обычно.