Личный интерес

Следит ли Сава сейчас за питанием?

Хочется поддержать его, залезть на колени, поцеловать в висок. Почувствовать на себе его руки. Вдохнуть запах и улыбнуться, чтобы он тоже непременно улыбнулся. Наверное, я просто такой человек: не могу открыться мужчине, разрешить целовать себя везде и целовать в ответ тоже везде, обниматься ночью, смеяться в голос до слез и икоты, а потом раз — и перелистнуть страницу...

Не знаю, можно ли стать близкими за столь короткий промежуток времени.

Вспомнив о том, что расход ресурсов вреден для планеты, я выключаю воду и захлебываюсь рыданиями в тишине. Становится страшно. Губы дрожат. Я вдруг понимаю, что не могу вдохнуть. И на секунду кажется, что задыхаюсь. Хватаюсь за бортик ванны, скольжу. Ногами болтаю.

Господи.

Я делаю вдох и закатываюсь. Будто сердце из груди вырвали.

Наверное, я скучаю не по Савелию, а по тому, какой ощущала себя рядом с ним. И все, что съедает меня, — сплошной эгоизм. Мне надо быть сильной и отпустить нас.

Ни с кем я не была такой настоящей и не чувствовала себя при этом особенной. И я.... я просто не могу справиться с тем одиночеством, которое на меня обрушилось.

То, что сделал Савелий, простить невозможно. Поэтому он никогда не узнает, как сильно нужен.

Глава 51

Савелий

Когда мы заходим в конференцзал, там все орут. Ольга Ивановна, она же Олива, первая жена Вешневецкого и любовь всей первой половины его жизни стоит во главе стола.

Она невысокого роста, ухожена. Блондинка с коротким каре. Приятный глазу зеленый костюм создает иллюзию, что перед нами позитивный человек. Но поверьте, это лишь иллюзия. Её взгляд полон ярости, ноздри раздуваются.

Вешневецкий красный как вареный рак. Ирэна прячется в углу. Все остальные инвесторы на ногах, спорят друг с другом. Баба-бой.

- Здравствуйте, - говорю громко, и все замолкают.

- Наконец-то! Савелий Андреевич, вы вовремя! Она все время орет! - жалуется Вешневецкий.

- Это я ору?!! Это потаскуха твоя здесь непонятно зачем!

- Я его жена! - вскакивает Ирэна. - Законная! А ты хочешь моему любимому мужу жизнь сломать!

Вешневецкий падает на стул и закрывает уши ладонями.

- Я спасаю тебя! - тычет в него пальцем Олива. - Чего ты прячешься? Чего уши закрываешь?

- Оля, ты пыталась меня посадить!

- Но в итоге же ты на свободе! Хотя пищишь как трус-позорник. «ГрандРазвитие» присядут за взятки, угомонись уже.

- Оля! - вскакивает Матвеев, один из инвесторов: - Савелий Андреевич, скажите ей уже! Каким надо быть дебилом, чтобы посадить судью?!

Она закрывает рот и поджимает губы.

- Я не знаю, - говорю вслух.

- Не знаете что?

- Я ответил на озвученный вопрос. Или он был риторическим? - скупо улыбаюсь одними губами. - Что ж. Время назад не отмотаешь: выходит так, что мы с вами умышленно садим судью.