Тафгай

В середине второго периода наш капитан команды Алекс Чехов решил скорректировать бросок Дэйва, шайба отскочила от его рта и срикошетила в ворота соперника. Этот необычный победный гол стоил Чехову шести зубов. Медики наложили парню несколько швов, без анестезии, конечно, – допинг, и к концу третьего периода русский воин снова вернулся на лед.

По мере того, как мы приближались к плей-оффу, наши игры становились все более злыми и эмоциональными. Впервые за свою спортивную карьеру я чувствовал в себе невероятную бодрость каждый гребаный матч. Столкнуться со мной на льду было равносильно столкновению с грузовиком, потому что я не прекращал интенсивно тренироваться, даже когда следовало бы отдыхать. В этом сезоне я выкладывался на полную и, судя по росту моей результативности, все делал правильно.

В Чикаго мы вернулись лишь вечером следующего дня.

Когда мы с Дэйвом спустились на платную стоянку аэропорта, я неожиданно для себя увидел там Эмбер. Она стояла возле моей белоснежной ласточки и нервно теребила руками свой шерстяной вязанный снуд. На ней было короткое зимнее пальто цвета запекшейся крови и черные замшевые сапоги до колен, которые подчеркивали ее бесконечно длинные ноги. Короткие темные волосы были идеально уложены, а лицо покрывал макияж в стиле Круэллы Де Виль[17].

Мне кажется, именно так выглядят неприятности.

– Я думал, вы уже разбежались, – скучающим тоном произнес Каллахан.

– Я вообще-то тоже, – поморщился я, доставая из кармана смарт-карту для машины.

Прошла целая вечность с тех пор, как мы виделись с Эмбер в последний раз. Я был чертовски уверен, что после той сцены, состоящей из одного разбитого бокала, одного неудавшегося минета и пары-тройки крепких словечек, у Эмбер хватит гордости не заваливаться больше в мою жизнь.

Само-ува-же-ние.

Вы что-нибудь слышали об этом слове, дамочки?

Если ваш чертов парень, трахая вас в рот, одновременно с этим болтает по телефону, играет в видеоигры или смотрит по ящику баскетбольный матч (не хоккейный, хоккейный можно) – вы ничего для него не значите. Запомнили?

– Привет, Эмбер, – нехотя поздоровался я, когда мы с Дэйвом подошли к нашим автомобилям.

– Я ждала, что ты позвонишь мне.

Из пасти канадского недоноска вырвался смешок, и я послал другу убийственный взгляд. Сняв Теслу с сигнализации, я обогнул ее и распахнул перед Эмбер переднюю дверцу пассажирского сидения:

– Поговорим в машине.

Дождавшись, пока ее маленькая округлая попка опустится на кожаное сиденье, я захлопнул дверцу и тяжело вздохнул.

Этот никчемный разговор – последнее, в чем я сейчас нуждался.

Пять часов сна, две пресс-конференции и съемки в рекламе изотоников[18] превратили меня в кучку гребаного пюре.