На границе империй #06

— Хорошо, что живой остался, а то мне совсем не хотелось здесь одному остаться.

— Не переживай. Меня не так легко прикончить.

— Я это уже понял.

— Похоже, я вспомнил что-то из своей прошлой жизни, но теперь снова ничего не помню.

Когда мы подошли к бочке с водой, возница который не первый раз видел нас, тоже шарахнулся от меня или моего вида.

— Ты куда собрался? — остановил его, — Открывай бочку. Мыться будем.

— Видел бы ты себя.

— Что страшно?

— Конечно.

— Не бойся. Не трону. Наливай котелок.

Он быстро наполнил котелок. Вода была холодная, видимо, он недавно набрал из ручья. Мы отошли немного в сторону, и здесь я снял нагрудник и стал его отирать. Потом разделся и ополоснулся весь. Три раза я ходил и набирал котелок, пока не привёл себя и амуницию в порядок. Нагруднику досталось, на нём появилось несколько ударов разной глубины, но ни одного сквозного пробития не оказалось. Зато на мне оказалось три пореза, два на ногах и один сбоку в старом разрезе нагрудника. Дарс, пока я отмывался, успел сходить пообщаться к местным купцам и вернулся с возмущением на лице.

— Представляешь, они мне предложили пять серебрушек за клинок.

— Это практически даром. На базаре по пятьдесят клинок продавали.

— Я им это же сказал.

— Они что?

— Сказали что здесь не базар.

— Не хотят покупать, пускай не покупают. Что они дальше собираются делать, не знаешь?

— Нет. Приказано оставаться на месте, больше никаких приказов не было. Тебе наверно к медику нужно обработать ранения.

— Наверно стоит заглянуть.

— Пойдём, покажу, где у них повозка.

— Пошли. Воды только набери для похлёбки, есть хочу.

Лекарь был занят ранеными. Дарс позвал его оттуда. Лекарь не вылез, а вылезла девушка.

— Лекарь занят. Что у вас? Показывай — сказала она.

Пришлось показать ранения.

— Нужно шить.

Она посмотрела на меня

— Настойки обезболивающей я тебе не дам, даже не проси.

— Я и не прошу.

— Тогда придётся, потерпеть.

— Потерплю.

— Серебрушка за всё.

Дарс отдал ей серебрушку. К моему удивлению, она быстро обработала раны и зашила. Было видно, что она делает это не в первый раз.

— Иди и больше не хулигань, — сказала мне, когда зашила.

— Не помню я ничего, а что я хулиганил?

— Так ты всех послал, а когда тебя попытались поймать десятники и побил их.

— Правда, что ли? — и я посмотрел на Дарса.

— Правда, я их предупреждал, чтобы они не трогали тебя, но они меня не послушали.

— Мика тоже?

— Нет, он решил, что ты сам вернёшься, а эти двое решили тебя поймать. Жаль, стоило поспорить с ними.

— Где они?

— Не знаю. Их потом воины утащили к себе в десятки.

— В смысле утащили?

— Так ты их вначале послал, а когда они попытались тебя скрутить, обоих вырубил.

— Тогда ладно, а то я подумал, что убил.

— Ты хорошо развлекал обе армии.