Требуется влюбленное сердце

К тому же Лена прекрасно знала, что скажет Юлька, когда узнает, что она сделала, расставшись в Паровозниковым…

– Елена Денисовна, мы закончили, – вывел ее из раздумий голос Левченко.

– Что? Да, хорошо, – Лена прошла в гостиную, где неподвижно сидела хозяйка квартиры: – Ольга Михайловна, мы закончили осмотр, тело сейчас заберут.

– Вите лучше звонить вечером, днем у него много работы, он старается не отвлекаться на телефонные разговоры. А Даше – в любое время.

– А кем работает ваша дочь?

– У нее небольшое модельное агентство, знаете – для ребятишек. Даша организовала его два года назад, с удовольствием занимается этим.

– А ее собственная дочь в этом участвует? Обычно девочки стараются повторять что-то за мамами.

– Нет, Олеся у нас художница, ей все эти модельные штучки совершенно неинтересны. Кроме того, она приемная дочь Даши.

«Тогда понятно, почему мне показалось, что девочка слегка великовата для такой молодой мамы», – вспомнив фотографию на комоде, поняла Лена.

– Олеся – дочь Дашиного супруга?

– Да, от первого брака. Ее мать погибла, и Виктор воспитывал ее один. Она очень хорошая девочка и очень талантливая. Вот, посмотрите. – Ольга Михайловна поднялась и подошла к стене, на которой висела картина, точь-в-точь повторявшая рисунок натянутой на пяльцы вышивки – пшеничное поле в закатных лучах.

– Надо же, – протянула Лена. – Как живое все.

– Да, так все говорят. Я даже решила в вышивке повторить, но, кажется, у Олеси все-таки лучше вышло. Это она прошлым летом в деревне с натуры рисовала, а в позапрошлом году Виктор ее во Францию отправлял, в какую-то художественную школу, так она потом сплошь лаванду выписывала.

– Действительно, очень талантливо. Все, у меня пока больше нет вопросов. – Лена услышала, как в коридоре загалдели покидающие квартиру эксперты и бригада из морга, которая забирала труп Полосина. – Если что – я вас вызову, – повторила она.

– Конечно, – тяжело вздохнула хозяйка квартиры. – А мне можно уехать? На дачу? Понимаете, вряд ли я смогу. Словом…

– Да, конечно, – догадалась Лена. – Вы можете уехать, но очень прошу вас быть на связи.

– Конечно! – с облегчением повторила Брусилова. – А то, знаете, как-то жутко в квартире теперь. Наверное, потом привыкну, но пока…

– Я понимаю. Всего хорошего, Ольга Михайловна, – попрощалась Лена и вышла на площадку.

Андрей и Левченко курили на улице, Никитин о чем-то разговаривал с шофером «дежурки». Лена с огорчением заметила, что ее машину подпер какой-то нахал на «Ауди», и теперь придется ждать, когда он соизволит выйти и перегнать машину, или долбить ногой по колесам, чтобы хозяин услышал сигнализацию.

– Что, Леночка, запер тебя какой-то балбес? – оторвавшись от беседы, сочувственно спросил Никитин.