Три Анны
Удивительный, захватывающий сюжет романа Ирины Богдановой «Три Анны», – словно непрерывный бег по спирали времени. Он проводит читателя от начала ХХ века до наших дней через целую череду образов, поражающих воображение своей многозначительностью.Действие романа разворачивается, когда юная Анна Веснина возвращается к отцу из закрытого пансиона. Она сразу сталкивается с тайной, полностью меняющей её жизнь и затрагивающей судьбы двух других Анн, которым только суждено родиться. На протяжении века три Анны из трёх разных эпох слышат отзвуки давних событий, встречая на своём пути верность и предательство, сломленных жизнью людей и благородных друзей. Трём Аннам предстоит постигнуть глубины человеческих чувств и выбрать единственно правильную дорогу к любви и миру.
Он горько усмехнулся:
– Моя красота! Знали бы вы, Анна Ивановна, сколько неприятностей доставляет мне внешность с самого раннего детства.
– Неужели? – удивлённо поинтересовалась Аня, снова усевшись на дерево.
Преданно поскуливая, Цезарь немедленно улёгся у её ног. Меж кустами Анна разглядела мелькание красного сарафана Мариши и успокоенно указала фон Гуку на место рядом с собой, сочтя за лучшее обратиться к нему официально. – Присядьте, ваша светлость.
– Я предпочитаю постоять.
Он оперся одной рукой на ствол дерева, и Аня обратила внимание на его сильные точёные пальцы с гладкими ногтями. Несмотря на ухоженные ногти, это были руки не изнеженного барина, а надёжного мужчины, уверенно лежавшие на нежной берёзовой коре, как лежали бы на рукояти пистолета или…
«…или поднимали задок тяжёлой телеги», – договорила про себя Аня, чуть порозовев от смущения за свою бестактность относительно внешнего облика барона. Опасаясь, что фон Гук прочитает по лицу её мысли, она переспросила:
– Вы обещали рассказать, чем вас смущала ваша красота.
Мученически вздохнув, Александр Карлович рассеянно погладил по голове Цезаря и пояснил:
– Дело в том, что моя матушка, гордясь моим внешним видом, до шести лет предпочитала наряжать меня в девичье платье, что вызывало невероятные насмешки других мальчиков, гордо щеголявших в матросских костюмчиках и бархатных курточках.
Когда я подрос и стал носить мужское платье, мои сверстники дразнили меня неженкой и красавчиком. Чтобы опровергнуть их слова, я научился драться врукопашную и, надо отметить, вполне преуспел в кулачных боях. Меня начали бояться, но дружить со мной так никто и не хотел.
Смешно вспоминать, но я мечтал заболеть оспой и однажды утром проснуться с лицом, похожим на сырую картофелину. Именно тогда я понял: Бог одинаково испытывает и уродством, и красотой, но ещё неизвестно, какая из этих двух нош тяжелее.
Настоящие друзья появились у меня в кадетском корпусе, когда соученики поняли, что я состою не только из смазливой физиономии, но и из нормальной человеческой души, такой же как у всех остальных. Но даже самые верные друзья решительно не желали видеть меня рядом с собой при встрече с дамами.
Последнюю фразу Александр Карлович произнёс явно через силу, но Аня вполне поняла её смысл и была благодарна за то, что барон не стал рассказывать о своих отношениях с женской половиной общества. Наверняка в этом ему тоже пришлось несладко. Аня вспомнила, как беззастенчиво одолевали его дамы во главе с дочкой почтмейстера у них на званом ужине, и густо покраснела от стыда.
– Аннушка, ау! – певуче донёсся до них голос Мариши.
– Ау, – эхом отозвалась Аня, по-крестьянски сложив руки ковшиком у рта.
Похожие книги
Мысленным взором
Сказ о Ясном Соколе. Прошлое и настоящее
Номер 19
Фея Изумрудного Города
