Цеховик. Книга 8. Запах денег

Галина с Борисом опять стали ругаться. Наталья пошла в уборную, а я за ней. Там оказалась небольшая очередь. Минут пять-семь где-то мы отсутствовали. А когда вышли, женщин уже не было и охраны тоже. Я посмотрел, машин нет, решил дожидаться тебя здесь, но собственно, ждать не пришлось, потому что сразу вот это всё началось. Марк проиграл, и потом сразу ты появился.

— Понятно, — говорю я. — Понятно…

Появляется Марик. Красный, румяный, бежал, наверное, бандитов боялся. Он влетает в фойе и, увидев нас, останавливается. Нерешительно топчется на месте, а потом подходит.

— Наталья… — говорит он. — Я сейчас шёл… и думал. Мне невероятно стыдно перед вами… Не знаю просто, что на меня нашло…

Наташка не знает что сказать и опускает голову.

— Да-да, я понимаю, — кручинится он. — Я вот тут подумал… Мы с Никитой будем «Родню» скоро снимать. Ну, то есть, снимать он будет, но я там тоже не последнюю роль… И я вот, как раз, про роль… Если вы захотите, я могу устроить…

— И кого она там сыграет? — удивляюсь я. — Внучку что ли?

— Кого? — он тоже удивляется.

— Спасибо Марк Михайлович, мы подумаем, — отвечает Наташка.

— Да, — несколько раз кивает он, и скорбно улыбается. — Простите, простите меня, простите… А деньги… я всё до копеечки… Всё-всё, у меня сезон хороший ожидается…

Мы поднимаемся в номер. Наташка обнимает меня, прижимается и долго-долго не хочет отцепляться.

— Испугалась? — спрашиваю я и глажу её по волосам.

Она молчит и часто-часто кивает. Ещё бы не испугаться.

— Больше я тебя в такие местечки не пущу.

Сидела бы в гостинице и ничего бы не было. Да вот только не сидела бы она… Да.

Во время завтрака к нам подходит Галина.

— Я когда Марика увидела, обомлела. Кто это тебя? А он говорит, Егор. И плачет… Я думаю, ну, всё, Егорка, допрыгался ты у меня.

Нет, Марик тот ещё фрукт, честное слово. Наябедничал, гад.

— А потом Борис мне когда рассказал, что он учудил, я аж ахнула. Наташенька, бедная, как ты со страха не умерла?

Наташка пытается улыбаться.

— А ты что, правда, четырёх бандитов укокошил?

— Укокошил? — удивляюсь я. — Нет, а-та-та сделал и всё. Я же гуманный. А вот Марика надо укокошить было.

— Это точно. Змей он, Марик этот. Боря сказал, что видел четверых после твоего а-та-та, живого места, говорит, не было.

— Это преувеличение, — качаю я головой.

— Ну что, вы уезжаете или остаётесь? — спрашивает Галя. — Надо сказать, сколько нам билетов брать. Можете остаться, если хотите, но все возвращаются.

— И Борис с Марком? — спрашивает Наташка.

— А что им ещё делать? Возвращаются.

Подходит Марик.

— Марика, наверное, оставим здесь, — усмехается Галина, — в порядке наказания.