Цеховик. Книга 8. Запах денег
Уже год Егор живёт в СССР. Был ментом, а стал школьником. Ловил барыг, а стал теневым бизнесменом. Но раньше он плыл по течению, а теперь у него есть благородная цель. Правда методы, которые он использует на пути к этой цели далеко не всегда такие же благородные.Но ничего! Плевать! Он готов на всё ради будущего Родины. Он готов идти до конца. И он будет рваться вперёд, прорубаться, подкупать, подставлять, биться и уничтожать врагов. А они будут пытаться уничтожить его. Ну что же, он знал, что это борьба не на жизнь, а насмерть.Друзья, пожалуйста, поправки и замечания технического и фактологического характера присылайте в лс
Это что за Ропшин такой уважительный?
— Мам… А как он выглядит-то?
— Ой, Егор, вечно ты со своими шуточками. Обычно выглядит, рогов на голове нет. Чёрненький такой, красивый, глаза чуть раскосые… Я сначала подумала, кореец что ли, а он говорит калмык. Ну очень хороший. Ты ему скажи, мол мама моя, без ума от тебя. Может, к нам пригласишь сегодня? А то что он там в общаге своей, разве праздник… Так, всё, я побежала, опаздываю уже. Раджа на тебе.
Как только она уходит, я поднимаю трубку и звоню на фабрику, в комитет.
— Алло! — задорно отвечает Галя Алёшина.
— Галь, я тебя обожаю! — говорю я.
— Ой, Егор! Приве-е-т! Ты приехал что ли?
— Да, товарищ Галя, я приехал. Как ты тут справляешься?
— Не жалуюсь, — отвечает она. — Слушай, ты почему не вчера вернулся? У нас же вечер был новогодний, так тебя не хватало! Ты придёшь?
— Не знаю ещё. Постараюсь. Но у меня дел — только тебя увидеть, да ребят поздравить. И у меня для тебя есть маленький подарочек.
— Мне? Правда?
— Да он малюсенький, Галь, чисто символически.
— Спасибо, Егор, ты такой внимательный. Но это не горит. Если сегодня не успеешь, не беда.
— Галя, слушай, кто такой Павел Ропшин? Красивый калмык с раскосыми глазами.
— Я такого не знаю, — уверенно и не задумываясь, отвечает она.
— Точно? Ты даже не подумала.
— Да чего думать-то? — говорит она и замолкает ненадолго. — Нет, правда не знаю. Он откуда, из райкома что ли?
— Я думал у нас на фабрике работает…
— Нет, тут парни все наперечёт, красивого калмыка я бы запомнила. Кстати, про красивых. Настя-то Курганова замуж выходит.
— Правда? За москвича?
— Нет, не за москвича, а за нашего сибиряка.
— Ну что же, совет да любовь, — отстранённо отвечаю я, потому что Настя Курганова с её амурно-матримониальными подробностями меня сейчас меньше всего заботит.
— Что, даже не спросишь за кого?
— Галь, думаешь, я всех сибиряков знаю?
— Ну, Его-о-р! — недовольно тянет она.
— Ну ладно, — вздыхаю я. — Галина, а за кого Анастасия Курганова замуж выходит?
— За нашего… Снежинского!
За нашего Снежинского… Хм…"
"— Вроде ж она рада была, что смылась от него.
Вру, конечно, представить нетрудно…
— В курсе, да. Выскользнул. Скользкий, как налим. Вот я и не знаю, как он её захомутал. Видать карьеру пообещал, да только чем он помочь-то может? Может он, конечно, умеет то, что другие не умеют? В журнальчиках своих поначитался, а?
— Да, загадка. Даже не знаю, что сказать.















