Ты моя пара!

Как только попросишь, – уточняет и складывает в сумочку зеркальце и губную помаду.

– А ты не боишься уходить без разрешения? И Дмитрий еще здесь, что я ему скажу?"

"– Ой, да ушел он давно. Ты что думаешь, станет начальник в субботу сидеть до самого конца рабочего дня?

– Я не видела, чтобы уходил. Он не прощался.

– Давай договоримся так: если он еще на работе и вдруг спросит, где я, – Надя театрально закатывает глаза, будто этого никогда не случится, – скажешь ему правду. Мол, Надя сбежала с работы и ушла пить апероль в хорошей компании. – Девушка поднимается с кресла, не встречая моего словесного сопротивления.

 – И такси приехало, – выглядывает в окно, ведущее на стоянку. – Я побежала, хорошо?

– Беги…

– Вот спасибо, Женек. – Ежусь от этой вариации имени: Таня часто называла меня на мужской манер. – Все, ушла, – выкрикивает. – Все выключи, свет оставь, зайдешь к охране, скажешь – они закроют дверь. Автобус будет в восемь двадцать, – запыхавшись пробегает мимо меня уже одетая. – Целую, хорошего вечера.

– И тебе.

С уходом Нади тишину в зале нарушает только размеренная работа компьютера и мои щелчки мышью, редкие клиенты оформляют получение и в спешке уходят, а я поглядываю в окно: покинул ли черный внедорожник территорию, посетители могли выйти и через служебный вход.

Печатаю очередную накладную, замечая краем глаза трех мужчин и девушку. А ее с ними не было, когда приехали. Один из мужчин с мрачным выражением лица держит ее под локоть, прижимая к своему боку. Молчаливая процессия покидает здание, а меня раздирают волнение и любопытство.

Заканчиваю работу, выключаю компьютер, выполняя указания Нади: она была права, Дмитрий так и не вернулся.

Вглядываюсь в темноту: внедорожник Лео возвышается среди малочисленных автомобилей сотрудников.

Неужели еще не собирается домой?

До автобуса пятнадцать минут. Я только взгляну, удостоверюсь, что все в порядке, и сразу уйду!

В автомате выбираю двойной эспрессо и под оглушающие удары сердца поднимаюсь по ступеням, вглядываюсь в тускло освещенный коридор второго этажа. Мрачно, будто попала в фильм ужасов. Торопливо преодолеваю последний лестничный пролет. В спешке расплескиваю горячий напиток, обжигающий пальцы, дальше иду аккуратно, не торопясь.

Мои шаги устрашающе раздаются эхом вдоль длинного коридора, останавливаюсь перед распахнутой дверью в приемную. Настольная лампа освещает треть комнаты, оставляя углы в полумраке.

– Добрый вечер.

Тишина. Иду вглубь. Кабинет Лео пуст, но все говорит о том, что хозяин где-то недалеко: включенный монитор подсвечивает бумаги на столе, заставленном стаканчиками с нетронутым кофе; на спинке кресла висит пиджак. Заглядываю в смежную комнату и вздрагиваю от оповещения телефона.