Ты выбрал её (СИ)

Я не видела раньше человека, которому это удавалось."

"Хорошо, что у меня была работа, и я могла загрузить себя по полной. Раньше я не брала дополнительные часы и уходила в два дня как штык. В школу за Соней нужно было: мы обедали, быстро делали уроки, затем балет или английский, а еще художка и театральная студия.

— Ольга Вадимовна, — ко мне в класс заглянула мамочка одного моего ученика. Я кивнула, показывая, что еще минут десять.

Меня давно просили брать индивидуальные занятия по коррекции тяжелых нарушений речи. Мы никогда не укладывались в отведенные пятьдесят минут. Особенных детей очень сложно настроить на работу в моменте, а когда поймал волну — жалко сворачивать достигнутое, только потому что время вышло. Я не брала денег дополнительно, даже в качестве добровольной благодарности. Для меня было наградой, когда дети начинали складно говорить предложениями. Я не святая и тоже уставала, плюс нервы, но работу свою любила. Это призвание.

— Пойдем, Семочка, — взяла его за руку, — мама уже заждалась.

— Ну как? — она очень переживала. Родителям особенных детей очень сложно: давление общества и собственные ожидания. Хочется как все: радоваться оценкам или грустить над тройками чада; дуть на разбитые в игре коленки; ругать за баловство, обычное, стандартное, детское. Но у них так никогда не будет. Будет по-другому, и мы обязаны помочь, чтобы это иначе было со знаком плюс.

— Сёмочка, молодец, — погладила по голове. Хороший мальчик, очень добрый, старательный. У него расстройство аутического спектра, но мы все боролись, чтобы ребенок начал говорить связно и понятно. Ему пять. Когда он попал ко мне в группу, были исключительно звуки. Полгода — и он называл многие предметы вполне четко, но со связкой проблема. Ничего, справимся! — Не волнуйтесь, — сжала руку матери, — прогноз хороший. У нас получится.

Матерям особенных детей особенно важна поддержка общества, поэтому я всегда говорила «мы». Чтобы человек чувствовал: он не один в этой борьбе.

— Извините, — телефон на столе просигналил, — до завтра.

Я вернулась в класс и взяла мобильный. Глаза увлажнились, когда увидела смешную фотку Сони, стоявшую на вызове контакта.

— Привет, — ответила, разглядывая лицо дочери. Мы всегда говорили с видео. — Как дела? — я не знала, как теперь говорить с ней. Было смущение. У нее тоже, по глазам вижу.

— Нормально. Школа началась. У меня двойки, — чуть стыдливо отвела глаза.

— Я видела, — ответила с грустью. Да, у меня был доступ к ее электронному дневнику. Я каждый день заходила туда. — Почему?

— То домашнюю работу не полностью сделала, ну и задачи не все понятные.

— А что с домашкой? Почему? — присела на стул.

— В обычном дневнике не все записано, ну и… — пожала плечами.

— Поняла.