Ты жена мне, помнишь?

– Ещё личико своё красивое разобьёшь, а нам с тобой предстоит вместе выйти из этого дома и отправиться в небольшое совместное путешествие.

– Как-к-кое путешествие? – выдавливаю я хрипло, с ужасом наблюдая за этим психом. Нверное, хорошо, что мне хоть лицо не заморозил.

Селестино с блаженной улыбкой хлопает меня по щеке.

– О, тебе понравится. Мы переберёмся в небольшое имение на севере страны. Поживём там, пока ты восстановишь свои силы. А потом всё-таки доведём до конца то, что начали. Ты выполнишь своё предназначение, а я своё.

– Вы ненормальный. Никто вам не позволит вынести из этого особняка моё бесчувственное тело.

Я точно знаю, что дом охраняется. Федерик оставил за главного того самого Дэмиэно. Мне ещё Бригитта жаловалась, что он по сравнению с даном Рэймандо просто жуткий тип."

"– Ну зачем же бесчувственное? Ты сама со мной пойдёшь.

– Вы точно спятили, – невольно фыркаю я.

– Да неужели? – почти ласково улыбается главарь уничтоженного ордена. – А что если я скажу тебе, что могу в любой момент заставить твоего мужа умереть в невыносимых страданиях?

В груди всё леденеет от ужаса. Нет. Нет, только не это.

– Вы лжёте, – выплёвываю. – Я уничтожила ваше заклинание.

– Ты уничтожила всего лишь узы подчинения, – насмешливо качает головой Мессир. – Жаль, конечно. Король-марионетка был бы мне весьма удобен, но я уж как-нибудь обойдусь. Всё равно при желании я могу добиться от него чего угодно. Даже ещё раз тебя отдать. Теперь уже осознанно и по доброй воле. Думаешь он никогда так не сделает? Хочешь знать, что заставит его тебя по-настощему предать?

На меня по-доброму смотрит тот самый чудаковатый лекарь, которого я первым увидела в этом мире. Тот, к кому испытывала искреннюю симпатию, не чуя подвоха, и кому позволяла лечить себя. И этот его добродушный вид настолько не вяжется с тем, что он говорит, что меня просто на мелкие ошмётки внутренне разрывает когнитивным диссонансом.

– Ну что же ты? Неужели неинтересно? – склоняет голову набок. И смотрит, как на нерадивую ученицу.

– И что же? – иду у него на поводу, лихорадочно пытаясь сообразить, как выпутаться, из этой ситуации. Не знаю, сработало ли кольцо. Сил противостоять тёмному у меня сейчас нет. Хотя, думаю в случае непосредственной угрозы для моей жизни, какие-то да найдутся.

– О, всё очень просто. Ты могла бы и сама догадаться, Анна. Дочери. Всем известно, что наш молодой король очень хороший отец. Любящий. Опекающий. Заботливый. Ради своих детей одну ведьму он мне уж точно отдаст. В конце концов, наследника ему может родить и другая женщина. А вот что ты можешь сказать о себе, Анна? Ты хорошая мачеха? Любящая? Что выберешь, свою жизнь, или жизни твоих милых маленьких падчериц?

– Вы не посмеете, – хриплю я, чувствуя, как мертвеет всё внутри.