Ты жена мне, помнишь?

– Да, и будем постоянно на связи, – опережая мою следующую просьбу, рассеянно обещает Кати, хлопая по почтовому футляру на поясе. Стоит признать, уже раз десятый.

– Я перегибаю? – морщусь виновато.

Паранойя – штука действительно заразная. Но после ну очень чудесатой беременности, когда сынуля в моём животе умудрялся уже вытворять магически-ведьмовские фокусы, а свой первый год жизни отпраздновал тем, что подпалил кроватку, мне ну очень неспокойно уезжать от него на целых три дня.

– Ну что вы, ваше величество? – приходит мне на выручку главная няня нашего Винсенте. Улыбается ободряюще. – Я вас прекрасно понимаю. Первый раз оставлять своего малыша, да ещё на несколько дней, это очень сложно для любой любящей матери. Но я клянусь вам, что мы глаз с него не спустим. Ни на минуту не оставим одного. Выполним все ваши рекомендации. И тоже будем на связи.

Три её помощницы под строгим взглядом начальницы тоже в один голос уверяют, что наследника сохранят в целости, сохранности и неисчезнутости.

– Ну вот видишь? Давай уже целуй детей и пойдём, нас все заждались у портала, – увещевает муж и лично подаёт мне пример.

Сам он первым делом ловит наследного принца Винсенте Чезаро Арганди и подбрасывает заливисто смеющегося малыша в воздух, чтобы потом обнять и расцеловать в обе щеки.

– Будешь слушаться сестричек и нянь? – строго спрашивает у сына.

– Дя, – серьёзно кивает Винс, расплываясь в счастливой улыбке. Поразительно лучезарный ребёнок. С точно такой же улыбкой он любит играть огоньками, доводя нянь до нервного тика. Они все у нас носят противопожарную защиту."

"А я тем временем по очереди обнимаю дочерей, целуя их и обещая привезти что-то интересное из Босварии. Потом мы с мужем, само собой, меняемся, и я получаю в руки своего любимого непоседливого мальчика. Если его сестёр называли разбойницами, то это целый главарь. Мне уже страшно ему ещё братьев-сестёр рожать. Так и банда получится.

Целую сладкие ямочки на щеках и со щемящим сердцем вручаю сына няне.

– Может, мне всё-таки остаться? – уже в который раз спрашиваю, когда мы с мужем рука об руку выходим из детской половины королевского дворца.

К торжественному визиту к нашим соседям Босвари, мы уже давно одеты. Вот только я задерживаю всех своими переживаниями и перестраховкой.

– Нет, Анна. Мы должны присутствовать на этой коронации вместе. Такова традиция. Тем более, что в Босварии впервые коронуется на власть не только король, но и его королева. Неужели ты не хочешь поддержать подругу?

– Хочу. Но волнуюсь, – улыбаюсь смущённо. А до беременности ведь рассудительной была.

– Давай попробуем разобраться. У тебя плохое предчувствие насчёт нас, или наших детей? Ты что-то видела? Что-то приснилось?

Я честно прислушиваюсь к себе.