Ты жена мне, помнишь?

Открыв глаза, улыбаюсь довольно.

– Хорошо. Тогда слушайте. Когда-то давным-давно в роду Мораду были ведьмы, – заговорщически понижаю я голос, подаваясь немного к ним.

Глава 25"

"Услышав про ведьм, близняшки разом округляют глаза. Но хотя бы не испуганно. Скорее потрясённо. С тем непередаваемым детским восторгом, который может вызвать только что-то немного страшное, но жутко интересное.

– Никто не знает, куда они исчезли и почему. Но в венах рода Мораду, осталась их кровь. И во мне она тоже есть, – продолжаю я.

– Ведьм больше не существует. Так папа сказал, – веско припечатывает Эмелин.

– Твой папа, конечно, прав, – соглашаюсь я. Папин авторитет – вещь неприкасаемая. – А мне вот кое-кто не менее умный рассказывал ещё, что ведьмы этому миру очень нужны. И их надо вернуть.

– Папа самый умный, – упрямо поджимает губы Эми.

– Конечно. Но Богиня ведь не может быть глупее даже самых умных детей своего мира, – подмигиваю я лукаво.

– Богиня? – выдыхает потрясённо Каталина. – Вы говорили с Великой Праматерью?

– Да, говорила. Помните, я сказала, что со мной кое-что страшное случилось? Так вот, это она меня спасла и помогла выжить. А ещё очень сильно изменила. Я теперь не та, что была раньше. И у меня проявились некоторые ведьминские способности. Благодаря которым я вас и нашла. Сегодня утром и сейчас. И вчера в саду, кстати, тоже слышала.

Выразительно смотрю на них, отмечая и досаду в глазах Эми, когда она понимает, что я слышала их вчерашний разговор, и виноватое смущение её сестры по той же причине. Может и не стоило мне так открываться. Но девочкам лучше сразу понять, что их шалости со мной не сработают.

– Поэтому и предлагаю нам с вами заключить перемирие, – подвожу итог.

Каталина задумчиво хмурит тонкие бровки. А Эмелин бросает на меня насупленный взгляд.

– И почему мы должны на это согласиться? – задирает изящный носик.

– А зачем нам воевать? – склоняю голову набок.

– Вы хотите отобрать нашего папу. И все говорят, что теперь вы родите ему наследников. А мы что, значит, не нужны больше? – шипит зло, а я вижу, как плещется в её глазах страх, обида и гнев. Да и у Кати нижняя губа начинает дрожать.

Маленькие мои, какие же они уязвимые и ранимые. Как не уверены в себе. И как сильно мне хочется их обнять и утешить. Но пока приходится обходиться лишь словами. И идти, как по минному полю.

Но хорошо уже хотя бы то, что они говорят со мной и прямолинейно озвучивают свои страхи. Хуже было бы, если бы закрылись и не шли на контакт вовсе.

– Девочки, клянусь, я не хочу его у вас отбирать, – произношу, уверено смотря им в глаза. – Он же ваш папа. И не перестанет им быть никогда. То что говорят… наследник, это ведь не значит, что вы станете отцу не нужны. Или что он перестанет любить вас.