У тебя есть сын

Так вот - кто-то может ляпнуть ему про Матвея.

И это будет неправильно. Он должен узнать от меня. Я должна сказать ему. Зря я наврала про день рождения… Это было очень глупо.

- Заскочим на заправку? - спрашивает Кир. - Я сегодня ездил… Много ездил. А заправиться забыл.

- Да, конечно, - киваю я.

Он сворачивает на заправку и тормозит у колонки. Тянется к бардачку. Его ладонь на мгновение касается моего колена. Случайно.

Случайно ли?

Или так и было задумано, чтобы меня пронзила дрожь от его прикосновения… Чтобы горячая волна пробежала по всему телу, от корней волос, до кончиков пальцев...

У меня три года не было мужчины. И главным мужчиной моей жизни всегда был Кир. Именно он разбудил во мне чувственность. Которая три года спала. А сейчас, внезапно и очень некстати, просыпается...

И я боюсь, что Кир заметил мою дрожь. Не зря же еще раз как будто случайно меня коснулся...

Он уходит на заправку.

А меня бросает то в жар, то в холод от волнения.

Наверное, все-таки надо сказать ему. Точно, надо. Я не имею право скрывать…

Как бы я ни была на него обижена, он - отец моего сына.

И, похоже, он это как-то чувствует. Его тянет к Матвею. Хотя он сам не знает, почему… Это так странно. И так трогательно…

У меня даже слезы на глаза наворачиваются.

Сейчас, он вернется, и я…

И тут телефон Кира, лежащий на панели, пищит. Экран загорается и сразу гаснет. Но я успеваю прочитать сообщение: “Зайчик, ты же обещал сегодня вернуться пораньше. Я и вкусный ужин ждем тебя дома”.

Я замираю на месте. Ведь Кир говорил мне... Или я не так поняла?

Когда он возвращается, я сразу выпаливаю:

- Я тебя уже спрашивала про личную жизнь…

- Угу, - удивленно кивает Кир.

- И ты сказал, что эти три года не был монахом.

- Не был.

- Что это значит вообще?

- Ну… разное.

- Ладно. Я спрошу прямо. У тебя есть девушка? Или жена?

Кир молчит некоторое время. А потом выдает, как-то криво усмехнувшись:

- Я одинокий волк.

Волк? Точно?

Волк, А не подлый трусливый заяц, которого дома ждет зайчиха с ужином? Может, там и зайчата есть…

А он заявляет моим друзьям, что мы снова вместе!

Все эти подарки… Эти якобы случайные встречи… Эти невольные прикосновения к коленям...

Ну и мудак ты, Кир!

30

Кирилл

Что-то изменилось. После того, как мы заехали на заправку. Или, может, раньше. Я не заметил, когда это случилось

Яна стала какой-то другой.

Холодной. Отчужденной. Молчаливой.

Как я ни старался ее разговорить, она лишь хмуро смотрела на дорогу. Может, просто устала? У нее был долгий день…

Когда мы подъехали к гостинице, я вышел, чтобы открыть ей дверь. Но она выбралась из машины сама, отвергнув мою руку. Я хотел проводить ее в номер, но ей эта идея не понравилась.

Она посмотрела на меня с убийственной серьезностью и выдала:

- Если ты хочешь дружить с Матвеем - пожалуйста, я мешать не буду.