Услуга (ЛП)

Дейн не был милым, или приятным, или добрым, и я подозревала, что именно поэтому он смог обойти мою защиту. Я не ожидала, что он будет представлять для них реальную угрозу, поэтому не была полностью настороже. Я практически преподнесла ему власть причинять мне боль на блюдечке с голубой каемочкой, и это был полный отстой.

— Я не знаю, насколько хорошо я смогу убедить свою семью, что все «в порядке». — Дело было не только в том, что я была настолько эмоционально неуравновешена, а в том, что я была немного раздражена тем, что была единственной, которая испытывала чувства.

Если бы ему прислали мои компрометирующие фотографии, он бы разозлился на то, что я нарушила свое слово, но он бы не почувствовал никакой пожирающей ревности, которая пронзила меня прошлой ночью.

— Почему же?

— То, что люди все время пытаются играть с нами, начинает меня раздражать, — подметила я. — Я думаю, это повлияло на мое… притворство, скажем так?

— Притворство? — повторил он с мрачной ноткой в голосе.

Я отодвинула свою пустую тарелку в сторону и пожала плечом.

— Разве мы не этим занимаемся? Притворяемся?

— Хм, — он пригвоздил меня взглядом охотника, от которого волосы на затылке встали дыбом.

Он встал со стула и подошел ко мне, ни разу не отведя от меня глаз.

— Скажи мне.

Я свела брови на переносице.

— Что?

— Скажи мне, что у тебя на уме. Все было в порядке, пока ты не получила флешку — и как только я смогу доказать, что за этим стояла Хизер, я заставлю ее заплатить. Теперь ты выглядишь так, словно несешь на своих плечах тяжелый груз.

Были времена, когда я действительно презирала то, каким проницательным он был. Как будто всерьез презирал это.

— Ты сказала, что поверила моему объяснению тех фотографий, — продолжал он.

 — Это правда?

— Да. Я тебе верю.

— Тогда что же тебя беспокоит?

— Как я уже сказала, то, что люди играют с нами в игры, поскольку это действует мне на нервы. Я устала от этого.

— И это все?

— Да.

Дейн приблизил свое лицо к моему.

— Я тебе не верю, — прошептал он. — Что-то не так, и это связано с той флешкой. Мы и так достаточно лжем людям, Виена. Мы не можем также вешать друг другу лапшу на уши. Мы должны быть на одной волне. Прошлой ночью ты сказала, что тебе нужно, чтобы я был честен с тобой, когда это важно.

Я буду. Даю тебе слово. Я рассказал тебе все, что ты хотела знать. А теперь мне нужно, чтобы ты была со мной откровенен.

Должен ли он был быть таким рациональным и справедливым?

— Я уже сказала тебе все прошлой ночью.

— Ты упомянула, что ложь действует тебе на нервы. Но я знаю, что ты предпочла бы лгать своей семье, чем просить их принять участие в обмане, так что не это тебя тяготит, — его взгляд затуманился, как будто он глубоко задумался. Затем его темные глаза вернулись ко мне.