Ваше Сиятельство 4т (СИ)

— Начну, пожалуй, с Джеймса Лаберта, — сказал сыщик, зазвенев чашками. — И вы, Александр Петрович, очень удивитесь.

Я даже надел улыбку на лицо, чтобы на нем не было слишком много удивления.

— Бежал Джеймс Лаберт из России. Пока еще не совсем понимаем, с чем это связано, но бежал он самым подлинным образом. В субботу на первом же Западном Экспрессе. Почему бежал, а не просто отправился навестить Коварный Альбион? Потому, Александр Петрович, что весь день его подопечные метались по Москве в попытках продать подороже кое-какую недвижимость Лаберта, в том числе останки известного вам помещения, где прежде был клуб «Кровь и Сталь». Именно в тех обгорелых стенах они жгли какие-то документы Лаберта. При чем было их очень много — аж два чемодана. Истинные причины его бегства нам пока неясны, но похоже ему кто-то очень крепко наступил на хвост. Может какие-то высокие чины из Службы Имперской Безопасности или более беспощадные силы. Нет никаких мыслей на этот счет? — Торопов нажал на длинный рычажок, кофейная машина дохнула паром, и кофе с шипением полилось в чашечку.

— Не смею предположить, — вынужденно соврал я. Не говорить же мне Геннадию Степановичу, что Ламберт чудом выжил в божественной баталии, и даже Гера едва смогла прикрыть мерзавца. Кстати, ценность этого подлеца для богини мне оставалась непонятной. И вряд ли кто-то из смертных сможет дать ответ на этот вопрос. Скорее всего не сможет ждать его даже сам Лаберт, потому как он не может знать истинные замыслы Геры. Впрочем, как и я, при всем расположении ко мне Артемиды, не знаю всех ее целей. Таковы игры богов, таковы их повадки: они никогда не открывают всей полноты картины. И дело не только в том, что они не считают нужным посвящать в свои цели самых преданных смертных, но еще в том, что верхний мир, который косвенно управляет нижним, устроен на вероятностях и нет никакой гарантии там, что ожидаемое событие случится, пока оно на самом деле не случится.

— Есть еще одна серьезная деталь, которая может отчасти показать, что за бегством Лаберта стоит какая-то серьезная сила, — Торопов поставил передо мной чашечку с кофе. — По свидетельствам нескольких людей, на лице этого британца имелись синяки и ссадины. Что с ним произошло, остается лишь гадать. Но подозреваю, причины его бегства как-то связаны с тем, что запечатлелось на его лице.

— Полагаю, у этого британца много врагов, так что не удивительно, что отношения с кем-то так отразились на лице, — улыбнулся я. Не могу утверждать, но мне кажется, моя магия его не достала, когда бритиш прятался за колонной в ритуальном зале. Хотя его вполне могло сбить с ног волной и тогда он вполне мог протереть мордой пол и стены.