Ватага. Атаман

У них, впрочем, тоже рукодельцы уважались, а еще – те, кто по латыни говорить мог, а в случае Егора – на каком-нибудь средневековом русском говоре, они ведь сильно меж собой отличались, москвич от рязанца, смолянин от новгородца. Последние, кстати, к древнему языку ближе: «щ» не выговаривали, часто заменяя двойным «ш» – ишшо, пишша… или даже – пишта, «цокали» – цто? цево? зацем? согласные удваивали, гласные глотали… а, к примеру, рязанцы, наоборот – тянули: о-о-о… а-а-а-а… у-у-у… Егор за долгие вечера навострился на разных старинных диалектах болтать, мог, как рязанец или московит, мог – как новгородец.

Вот и этих «чертей» понимал – их говор от современного языка не так уж и сильно отличался… может, кое-как научились, да и посчитали – сойдет, ладно… Вот опять! Надев армяк, Егор вскинул голову – что ж, это все ж реконструкторы, выходит? Очень похоже, что так. Кому еще в курной избенке жить надо, без телевизора, телефона, ноутбука? Ничего ведь тут такого не было, даже хоть какого-то инструмента – дрели, плоскогубцев, кусачек… Топора – и того… Хотя нет! Топор все-таки был: вон, в уголке валяется. Егор не поленился, поднял… и ахнул! Вот вам и топор – настоящая боевая секира! Изящная, между прочим, вещь, вполне приличной убойной силы – куда там сабле! Длинное прочное древко, серебристое – полукружьем – лезвие. И метать, при нужде, можно, и зверя дикого бить, и дровишки порубать на костер.

– Вижу, приглянулся тебе топорик, – неслышно подходя сзади, сказал Антип. – Так бери… и вот тебе пояс да нож. Сапог своих не сыскал?

– Нет.

– Ну, некогда сейчас, надевай уж поршни, в лаптях далеко не уйдешь.

Да уж, точно не уйдешь, тут Егор был согласен – обычному мужику-крестьянину, скажем, еще даже веке в девятнадцатом одной пары лаптей едва-едва на три дня хватало.

Так что с лаптями… Поршни!

Эти вот, поданные Антипом, башмаки с кожаными ремнями именно так и назывались. Ну, поршни так поршни – лишь бы впору пришлись…

Присев на лавку, Егор быстро натянул обувь, прошелся: впору.

Обрадовался, хоть, казалось, с чего бы? К чему? До «уазика» только дойти да рвать поскорее отсюда, ото всех этих непоняток-разборок, или… или все же «авторитетов» попытаться отыскать?

– Слышь, Антип, а кроме этой избы, тут что поблизости? Ну, усадьба, заимка охотничья в какой стороне?

– Это и есть заимка.

А боле тут ничего. Хаживали вкруг, не видали.

Вожников хмыкнул – не видали они.

– Антипко, в амбаре глянь, – встав, распорядился Иван… Иван Борисович.

Вообще, как-то странно братья ко всем относились: к Егору – явно покровительственно, но вроде как почему-то держали за своего, а вот Антипа, похоже, вообще за полчеловека считали, гоняли по любому поводу.