Ватага. Атаман

Этот, кстати, тоже носил за спиной крылышки, и Егор застучал кулаком в стенку возка:

– Лена, выходи! В психушке день открытых дверей!"

"Долгой передышки не получилось – на этот раз к нему повернули сразу двое сумасшедших, дали шпоры скакунам, опустив пики. Вожников, ругнувшись, сунул саблю обратно в зубы, поднял пику, метясь в грудь правого врага, а когда до всадников оставалось всего пара шагов, бросил копье и метнулся влево, прячась от правого психа за левым, перехватывая саблю вр уку. С ходу рубанул пролетающего мимо всадника по ноге, снизу вверх под латную юбку, кинулся на прежнее место, подобрал пику и метнул во второго, который уже осаживал скакуна, чтобы развернуться.

Во всадника Егор не попал, пика вонзилась в круп его коня. Тот, недовольно заржав, рванул вперед, запрыгал – и сумасшедший кувыркнулся назад, аккурат между своими дебильными крылышками. Вожников подскочил и, пока враг не успел подняться, вогнал нож ему в горло.

Выпрямился, оглядываясь.

Схватки шли по всему лугу, на котором остановились на ночлег полки князя Заозерского. К счастью, дозорные успели вовремя предупредить отдыхающих воинов о появлении врага, и ватажники с боярами встречали ненормальных с крылышками уже в доспехах и с оружием в руках.

Однако противников было больше, много больше, и поединки один на один неизбежно должны были привести к тому, что новгородцы в череде этих схваток рано или поздно кончатся.

– Лена-а!!! – опять закричал Вожников. Дверца кузова наконец-то отворилась, княгиня выскочила наружу в сопровождении своей любимой индийской служанки. И, к счастью, догадалась одеться по-татарски, в шаровары, так что в юбках не путалась.

Егор махнул жене рукой: – Назад беги, к дороге!

Ему же опять пришлось встретить ножом и саблей очередной наскок всадников. Эта троица была хотя бы без пик – где-то в ком-то уже оставили. Егор попытался уйти к возку, всадникам под левый бок, чтобы его не так удобно было бы зарубить, задний из всадников повернул навстречу, левый стал заезжать за спину, ближний попытался убить на месте, нацелив укол в горло.

Меч Вожников отбил саблей, ножом резанул понизу, распарывая подпруги и бок скакуна.

Конь от боли шарахнулся, взбрыкнул, седло стало проворачиваться, лишая всадника опоры… Увы, добить врага не удалось, времени не хватило – Егор метнулся назад, рубанул саблей по морде лошади, повернулся к третьему врагу, поймал падающий на голову клинок в скрещенные саблю и нож, нырнул вперед, нанося укол под латную юбку, тут же крутанулся, отмахнул меч, ударил ножом сбоку под мышку, побежал к жене, махнув рукой на последнего из психов, который пытался справиться с обезумевшей от боли лошадью.