Ватага. Атаман

– И потом, мы победили Баязида в битве при Ровине!

– Это как? – заинтересовался татарин, явно симпатизирующий османам.

– Мы бились насмерть! И султан ушел через болота.

– Оставив наместника?

– Но не оставив ни одного воина!

– Что хотел передать мне князь Мирча Старый? – остановил их перебранку Егор, пока мелкие подколки не переросли в большую ссору.

– Десять лет назад в нынешних османских землях была большая война, – прихлебнув вина, моментально переключился на новую тему боярин. – Началась она двадцать лет тому, когда Баязид напал на Болгарское царство, изрядно разорил его, после чего повернул на Грецию, завоевал Фессалию, часть Мореи, почти всю Боснию и Албанию, потом вернулся сюда, взял Никополь, Тырново, Видин, полностью захватив Болгарию.

Христианские короли соединились, чтобы дать ему отпор, но султан перебил их всех у Никополя, после чего осадил Царьград.

– Зачем ты все это рассказываешь, боярин Михаил? – не поняла княгиня Елена."

"– Завоевывая все эти земли, султан Баязид разрушил все местные крепости, многие из которых сжег дотла или разорил до основания, – наколол ножом буженину молодой боярин.

– Восстанавливать их было некому и некогда. Османская империя после смерти султана Баязида ослабла настолько, что Мирча Старый даже отвоевал обратно Добруджу, все княжество[64] отсюда и до Констанцы. Он бы смог присоединить всю Болгарию, но две крепости по эту сторону от Босфора все же остались. Это Варна, которую Баязид укрепил еще до начала войны, и Эдирна, тоже старая крепость, которую султан Муса ныне избрал своей столицей. Захвати две эти крепости – и все владения от Черного моря до Средиземного твои! По всей остальной стране у османов есть только сборщики податей и небольшие отряды, что следят за порядком. Сопротивляться некому.

– А что князь Мирча? – поинтересовался Егор.

– У Валахии слишком мало сил, чтобы захватывать крепости или биться против султана Мусы в чистом поле, – пожал плечами боярин Михаил. – К тому же победителю придется потом сражаться против султана Мехмеда. Тот не откажется от отцовских владений просто так. Однако Мирча Старый предпочтет иметь рядом дружелюбного православного правителя, а не жестокого сарацина, ради того он согласен на тесный союз и окажет любую помощь, что ему по силам.

– Неужели всего две крепости? – усомнился князь Заозерский.

– Я буду вашим проводником. Коли обманул, можете отрубить мне голову!

– От господаря Мирчи Старого не попрошу ничего, кроме провизии, – ответил ему Егор. – Остальное у меня имеется. Два дня отдыха. Затем выступаем к Варне.

* * *Крепость Варна, увы, была просто крепостью. Неправильной формы пятиугольник из каменных стен высотой в десять саженей на самом берегу реки, в обширной долине между низкими пологими горами.