Виват, император. Часть 1
Он сумел выжить в чужом пугающем мире, объявил войну рабству и объединил под своими знаменами представителей разных народов и рас. По его указке самые отчаянные головорезы готовы ринуться в бой, а одно только упоминание имени Гури заставляет лордов империи хвататься за сердце.Теперь его войско сильно как никогда, но миру грозит глобальная война. Война, в стороне от которой не останутся ни орки, ни эльфы, ни возрожденные люди-драконы…
Единственное, сразу предупредил, что если не удастся договориться с воином, его надо в любом случае кончать. Это было требование трактирщика и мотивировал он это тем, что северянин унижения не простит. Как тем, кто это в отношении его допустил, так и тех, кто присутствовал при этом или просто был как-то к этому унижению причастен.
Самое смешное, что, по-видимому, стражник понимает, что влип, и что выйти ему живым сегодня из таверны можно будет только в одном случае — если он согласится на наши требования, которые пока ни я, ни Шварц ещё не озвучивали. Шварц молчит, молчит и воин, и только бесстрастно и бесстрашно смотрит в глаза барону.
Похоже, что пацан немного дрогнул.
— А не плохо вы смотритесь, словно король своего придворного в рыцари производит — с ленцой в голосе произнёс я, разрывая, наступившую с уходом трактирщика и главаря из кабинета тишину. — Кстати, мясо остынет! — потом Шварцу, — Не хочешь пригласить достойного человека к нашему столу? Пускай присоединяется к нашей ранней трапезе. Все-таки нам сегодня пришлось вставать рано.
Я уже решил. Если дёрнется непонятливый, обидчивый потомок северных варваров, то и останется на этом полу подыхать.
— Если договоримся, то всегда можно повторить и исполнить по новой, эту скульптуру. — Потом посмотрел в глаза северянину… — умный человек всегда поймёт, что для него благо, а что ведёт к погибели и сможет управлять своей гордыней.
Шварц, нехотя убрал меч с плеча воина, и уверенным движением вернул его в ножны.
Повернулся к стражнику спиной.
Это самый опасный момент был.
Так и оставаясь повёрнутым спиной к Северянину…
Опасный момент. Всё-таки, разоружить стражника так еще никто и не удосужился.
Сейчас решается многое. Для него — жизнь, а для нас — будет ли в баронстве сильный начальник стражи, или придётся искать на эту ответственную должность другого.
Шварц, словно не замечая ничего, потянулся к бутылке, стоящей на столе, но немого в стороне от него. Взглядом спросил у меня, типа, наливать?
Я коротко кивнул, не сводя при этом взгляда с воина, который не спешил ни нападать на барона, ни вставать с колен, ни выхватывать оружие.
Вот и первое движение.
Так, ногу поставил. Теперь в коленоприклонённой позе стоит, причём на одном колене и голову опустил, словно молится.













