Проданная Истинная. Месть по-драконьи (СИ)

С этого обрыва упал один человек, девушка, и я хочу ее найти.

— Я не ищейка, — голос у меня дрогнул. — Почему бы вам не расспросить охрану или, не знаю, прислугу… Может, они знают, где она.

— Была одна прислужница, — бесстрастно сказал Анвар. — Но расспросить ее не получится, вот уже четыре года, как она мертва.

— Мертва? — переспросила невольно.

А ведь верно. Я видела ее на первом курсе Академии с Лале, но на втором курсе уже нет. Анвар кивнул.

— Прислужница Иве обманула эту девушку. Ее в любом случае ждала смерть за нарушение кровной клятвы, но, должно быть, кто-то обманул ее, сказав, что клятву можно обойти.

Она воспользовалась доверием Лале Фьорре, укрывшись от моего гнева, но это ее не спасло. Тело Иве нашли растерзанным на одном из открытых языческих алтарей богини Смеха. Ты… в порядке?

Анвар вдруг наклонился, поймав в ладонь мою щеку:

— Ты совсем побледнела.

Какая страшная цена за бутерброды вместо ужина. Против воли в памяти возникла мужеподобная забавная фигурка Иве, с которой я, казалось, поладила.

— Ее убила богиня?

Анвар холодно рассмеялся:

— Тебе незачем об этом знать.

Поэтому ищи, Анте. Светлые маги не способны справиться с магическим фоном этого места, но ты темный маг, иномирянка, тебе под силу отыскать эту девушку."

"С трудом отогнала страшную мысль и, задрав голову, посмотрела на белеющее за отвесной скалой небо. Неужели я упала оттуда и осталась жива? Даже не верится. Высоко больно.

— Если человек упадет с такого отрыва, он умрет.

— Она жива, на ней была мощная защита, — отрезал Анвар. — Темная магия хорошо ловит эманации смерти и ранений, ты сумеешь почувствовать.

Не было на мне защиты, мне ли не помнить, как смяло кости во время падения, словно я не человек, а кусок бесформенного теста.

— Ну?

Вздернул темную бровь, уставился на меня, и я буквально заставила себя присесть около крупного валуна. Здесь. Я умерла именно здесь. Погладила пальцами неровные грани, и тут же отдернула руку, мой дар почти сразу уловил энергию смерти, боли, крови.

— Девушка, упавшая с обрыва, давно мертва.

Я поднялась, отряхнула юбку ученического платья и повернулась к герцогу. И отшатнулась. Если я когда-нибудь желала причинить ему боль, то прямо сейчас мне это удалось.

Живая боль, так безнадежно похожая на бурю, ходила в темноте его глаз, плескалась, как ведьминское озеро в ночь бесов.

— Этого не может быть, — сказал он одними губами. — На ней была защита, одна из самых мощных в Вальтарте, у самого императора такой нет. Я отдал ее собственными руками.

Я пожала плечами. Зачем он лжет? Чтобы выглядеть благородно в чужих, в сущности, глазах? На мне не было никакой защиты, ни одного единственного артефакта.