Проданная Истинная. Месть по-драконьи (СИ)

В те дни, когда еще верила, что смогу оклематься. Напиться, наплакаться, переспать с красивым дракониром, выкорчевать из памяти ночи с Анваром.

Но заплакать я так не смогла. А оставшиеся два пункта безумного плана и вовсе вызывали тошноту.

Вот Кастору охотно налила.

— Не напивайся только, — заставила себя растянуть губы в улыбке.

Он рассмеялся и начал показывать на карте точки сегодняшних атак. Я смотрела с искренним интересом — мой безумный план работал.

— Смотри, прислуга, военные и ты с отрядом, уходите подземным ходом в десять утра, а на час запланирована первая огневая волна. К тому времени перевертыши уже вскроют Гнездо. Им как медом тут намазано. Успеете уйти?

— Конечно.

Двойная ложь. Гнездо нельзя уничтожать. Оно нужно мне, народу и богине. Гнездо Фалаш должно остаться даже после нашей смерти.

Кастор был измотан настолько, что я уложила его на собственную кровать, и он с трудом сообразил, куда его отвели. Сама устроилась в кресле, но так и не смогла заснуть.

А в четыре утра, когда только началась первая суета, спустилась к подземному хожу под замком и усадила в карету, закутанную в белые шелка Лале. Укрыла ее для надежности пледом и строго напомнила:

— Если хочешь увидеться с Анваром, тихо сиди. Не дергайся, пока до огневой границы не доберетесь. А если уж будут слишком тормошить, скажи, спать желаешь, только тихо скажи, чтоб голос не распознали.

Лале понятливо кивнула. Напоминания об Анваре делали ее послушной и легкоуправляемой. Я давно это поняла и время от времени пользовалась этим, чтобы заставит принять ванну или нормально поесть.

Запихнув сестру в карету, я, отчаянно зевая и светя серой от недосыпа физиономией, пожаловалась своим горничным, что ночью глаз не сомкнула.

— Досплю в карете, не дергайте по пустякам, а по сложным вопросам идите к главе Леяш, его драконы буду в сопровождении. Разбудите, как подъедем к границе.

Жанье ничего не заподозрила, только засияла, как солнышко.

— Никому не дам разбудить вас, Ваша Светлость! — заверила клятвенно.

Уезжающие в тишину хода кареты я провожала, спрятавшись в старой замковой нише во дворе. Анвар рассказывал, что в детстве, когда приезжал к деду, сам прятался в ней.

Когда Гнездо полностью опустело, я расправила крылья, медленно поднимаясь к дозорной башне.

Под замковыми стенами черной грудой копошились перевертыши. Я почти услышала щелчок, с которым Леяш на расстоянии отключили защитные артефакты, и миг спустя в открытое Гнездо хлынули орды перевертышей.

Изначальный план был прост и жесток. Согнать перевертышей в Гнездо, запирая в территориальную ловушку и сжечь огневой мощью армии Сопределья. Но я просто не могла позволить сгореть Гнезду. Я обещала Анвару позаботиться о нем и его людях. И собиралась это сделать.