Призрак со свастикой

Безоружные «грузчики» опрометью бросились к штабелям, с которых живописно свешивался их товарищ с кровоточащей головой. Звягин срезал их одной очередью, оба покатились, как березовые чурки. Приземистый унтер-офицер исполнял какой-то дикий гопак, увертываясь от пуль, бил навскидку из служебного «вальтера». Физиономия его выражала панический ужас. Первая пуля попала ему в плечо, заставив завертеться юлой. Вторая перебила колено, и он повалился, выронив пистолет. Третья вошла в голову, избавив от мучений…

— Командир, что делать? — выкрикнул Звягин. Он отполз от загородки, менял магазин, лежа на спине. — Надо уходить…

Верест покосился на дверь, оставшуюся за спиной. Эх, не проворонить бы очередное нашествие… Окулинич опередил его, не вставая с пола, вытянул ногу, носком подцепил дверь, распахнул ее. В черное чрево подземелья полетела граната, рванула где-то на лестнице. Нормальная профилактическая мера, секунд двадцать есть в запасе…

— Нельзя нам обратно, мужики! — крикнул Павел. — Отрежут все выходы, останемся навсегда в этой горе! Вперед надо пробиваться! К амфибии!

Сказано — сделано. Все дружно перенесли огонь по людям в эсэсовской форме, засевшим за тягачом. Первый отвалился, взмахнув руками. Второй пустился наутек, отстреляв все патроны, — смешно, но ему удалось провалиться в «слепую» зону…"

"В безжалостной мясорубке уцелели только часовые на дальней стороне. Они залегли за камнями, стреляли короткими очередями. Окулинич первым скатился с лестницы, швырнул «лимонку», а сам предусмотрительно рухнул за мертвого десантника. Граната перелетела через амфибию, разорвалась с недолетом. Но охранники попрятались за камни. Покатились остальные — возбужденно кричали, прыгали через ступени. Запас гранат еще оставался, но хотелось бы тратить их разумно. От двух избавились, добавив дымовую завесу. Автоматчики пятились через дорогу, пытались раствориться в кустах. Котов первым запрыгнул в амфибию, взлетел на заднее сиденье, расставив ноги, принялся с высоты нашпиговывать кусты свинцом. В кого-то попал, судя по радостному смеху.

— Котов, кретин, ложись! — заорал Павел, запрыгивая на водительское место.

Влетели остальные, попадали на жесткие сиденья. Ключ остался в замке зажигания, двигатель работал, экипаж не успел по прибытии заглушить мотор.

— Куда едем, командир? — крикнул Звягин, скорчившийся на переднем сиденье.

— Кататься! — захохотал Павел. Азарт боя пьянил, выдувал остатки разума. Откуда-то стреляли, сохранились еще очаги сопротивления. Пули попадали в корпус амфибии. — Пробиваемся к той горе! — крикнул он. — Бросим машину в лесу, там есть где затеряться!

Вездеход уже катил со стоянки в обход штабелей. Не было времени огибать тела, прыгали прямо по ним.