Призрак со свастикой

Звягин что-то выкрутил перочинным ножом, пристроил на пол очередную решетку. Выбрались из норы, как тараканы, энергично работая всеми «лапками». Сердце вдруг остановилось, перехватило дыхание — изогнутый дугой тоннель! Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы, ехал поезд из Варшавы… — стучала в голове прилипчивая детская считалка. Не из Варшавы он ехал, из Креслау! Принесла же их нелегкая на тот же самый путь! Видимо, неспроста, раз боженька так хочет… Тоннель был пуст, справа поблескивал свет — выход из горы. «Рельсы-шпалы» убегали в темноту…

Они сидели на корточках, слушали. Справа, очевидно, усиленная охрана, но везде поставить людей фашисты не могут, их мало, а группа Смерш и тех проредила…

— Леха, запомним это место, — прошептал Верест. — Возможно, этим же путем придется уходить…

— Запомнили, — отозвался Звягин. — Решетка приставлена к стене…

Время превращалось в какую-то не линейную функцию. Скоро, видимо, должно темнеть…

Они скользили по рельсам, машинально подмечая, что тоннель расширяется и сложен он из толстых бетонных колец. Еще одно «бутылочное горлышко» — у стены возвышались штабелями два десятка громоздких ящиков. Они подобрались ближе, перебежали к штабелям. Странная конструкция, ящики оплетали провода, по стене змеилось что-то вроде бикфордова шнура. Ящики были открыты, их сверху прикрывал лишь брезентовый чехол. Павел вытянул шею, посветил фонарем. В горле пересохло, возникло желание отбежать. Но не поможет, если рванет, то половина горы развалится… Темные бруски лежали тесными рядами. В некоторые были вставлены взрыватели, от них тянулись провода. Динамит запатентовал некто Альфред Нобель в 1867 году, спасибо ему, конечно, огромное. Основное взрывчатое вещество при проведении горных работ…

Они вертели головами — и куда все подевались? Такую кучу взрывчатки обязаны охранять денно и нощно. Дефицит людей? Плевать на все, авось ничего не случится? Это свойственно, скорее, русским, чем немцам. Но факт оставался фактом — охраны не было.

— Стремно мне как-то, командир, — передернул плечами Звягин. — А где народ-то?

— Народ в поле, — буркнул Верест. — Нас ловят. Думают, что мы не здесь. Ну, удачи им…

Они поползли по пересохшей водоотводной канаве, проложенной вдоль стены. Освещение было условным, несколько слабых ламп на огромное подземное пространство. Вдруг волосы на голове зашевелились — перед ними на путях стоял ПОЕЗД…

Глава двенадцатая

Наконец его нашли, увидели своими глазами! Тяжелые бронированные вагоны, словно призраки, возвышались в полумраке. Какие-то номера на бортах, латинские буквы. Закрытые, опечатанные, по-прежнему сцепленные меж собой.