Призрак со свастикой

Смершу честь и хвала, что вышел на его след… С обратной стороны произошел обвал, к которому мы никоим образом не причастны. Железной дорогой золото не вывезти. Но выход есть, все готово. Вы — первая ласточка, за вами придут другие, поэтому надо спешить. Сегодня ночью подойдет колонна пятитонных грузовиков «ЗИС» — есть проезд с автотрассы мимо Лемберга, который охраняется нашими людьми. Секретная операция ГБ совместно с фронтовой контрразведкой — не возражаете, если мы воспользуемся документами вашей службы? Вывоз секретных архивов фашистской Германии. Все бумаги подготовлены, «легенды» в порядке, а на севере в 50 верстах есть зона, свободная от вашего контроля. Колонну на всех постах пропускают беспрепятственно, никто не осматривает. Согласен, вывезти 300 тонн нереально, повторим, сколько сможем, остальное взорвем…

— Красивая сказочка, господин подполковник…

— Жизнь покажет, Павел Сергеевич. Пора спешить, скоро стемнеет. Будете сдаваться или расположены умереть?

Верест неловко привалился к камням, смотрел на тропу, по которой они пришли. Охрана «горы», несомненно, слышала стрельбу, но никого не видно. Подручным «Сенцова» приказали не путаться под ногами? Было бы неплохо…

— Хорошо, Федор Михайлович, или как вас там… мы сдаемся… — Он очень постарался, чтобы голос звучал подавленно.

— Выбрасывайте оружие.

Павел высунул руку, перебросил «ТТ» на другую сторону горки, и пистолет запрыгал по камням.

— А второй — кто там с вами? Алексей, это вы?

— Это он, — вздохнул Верест.

— Сам ответить стесняется?

— Голос потерял…

— Ну, нельзя же так перенапрягаться… Его не затруднит выбросить оружие?

Павел отполз правее на пару метров, высунул руку, тем же образом избавился от «нагана».

— Автоматы! — потребовал «Сенцов».

— Кончились боеприпасы, мы выкинули автоматическое оружие…

В подсумке остались две гранаты. Можно перекинуть через горку. Но противник рассредоточился, это лишь ухудшит ситуацию… И все же он переложил гранату поближе.

— Ладно, черт с вами, вставайте!

Звягин встал первым. Но не там, где его ждали! Эх, пропадать — так с музыкой! Грязный, страшный, как черт, он стегал отчаянными очередями с выгодной позиции. Невиданный выброс энергии. Павел вскочил, сжимая автомат Судаева, швырнул гранату, особо не заботясь, куда именно, стал стрелять, опустошая магазин. Немцы поздно поняли, что загнанные смершевцы оставили их с носом. Они орали, в панике метались, валились замертво, заполняя своими телами впадины между валунами. Хрипел, схватившись за простреленное горло, убийца Мартин Шульц. Лжемайор переменился в лице, втянул голову в плечи. Пули резали «стежки» на груди, а он еще не верил, что все закончилось так плачевно, и делал злое лицо.