Волчья хватка. Книга первая

Даже если она и такая! Ну и что? Её, может, жизнь заставила? Я ведь тоже по электричкам… Экономические и социальные условия, волчьи законы капитализма… Если ты меня выгонишь, то, значит, и ты такой же.

— Ладно, потом разберёмся. А сейчас иди за этой… тварью! Не то ещё куда-нибудь залезет!

— Она не тварь! — вдруг осмелел Витюля. — Ты ничего не знаешь!

— Знаю… Её привезли сюда по личному заказу этого… Каймака. Чтоб ублажить…

— По заказу?! Кто сказал?

— Стерва эта, их сутенерша…

— Н-ну, падла!.. — Герой выскочил в тамбур, но Ражный остановил.

— Ты как его назвал?

— Кого?

— Зверя!

Тот посмотрел на волчонка, пожал плечами:

— Никак… А зачем? Он же не собака…

— Ну тогда все, беги, — он посадил безропотного зверёныша в рюкзак и понёс в «шайбу».

Прежде чем выпустить, осмотрел забитую камнем яму у стены: конечно, не дурно бы залить бетоном — крысы снова нарыли нор, поскольку летом в мясном складе хранился фураж для подкормочных площадок. Но сейчас некогда, в крысиный ход не протиснется, а своего до утра не пророет…

— Ты понял, что сказано? Не смей трогать человека! Никогда! — и ещё раз швырнул на пол.

Волчонок преклонил голову перед ним, поджал хвост. Ражный пошёл к двери, повесил рюкзак, хотел выйти, однако вернулся, сказал примирительно:

— Как назвать-то тебя?.. Чего молчишь? Волчонок вскинул голову, посмотрел ему в глаза. И взгляд был не звериный — человечий, от которого продирал озноб.

— Хорошо, молчи, — согласился он. — Тогда и имя тебе будет — Молчун.

Оставив свет, запер двери на замок.

Встревоженные гости колготились возле костра на берегу, забыв о стройотряде. Девушки сидели у воды, плели венки из кувшинок.

Уродливые подруги Каймака купались в реке обнажёнными и бесполезно зазывали к себе парней, изображая в воде лесбиянскую любовь. Юбилейное празднество было окончательно испорчено, никто не пил, не ел, а на хозяина базы посмотрели, как на врага, и готовы были наброситься на сей раз без шуток.

— Завтра в полдень у шефа самолёт в Нью-Йорк, — заявил начальник службы безопасности. — Он не может опоздать. Врубился в ситуацию, или объяснить? Ты представляешь, что будет с тобой и твоим бизнесом, если он не сможет присутствовать на важной встрече в Штатах?

Поджаров в тот же миг оказался рядом, отмахнулся от начальника службы безопасности и повлёк Ражного в сторону.

— Все, я вспомнил тебя! — сказал таким тоном, будто приговор выносил. — Ты был в Гудауте на чемпионате! Это ты же тогда грузина сделал?! Как его фамилия была? На «или»…

— Я не был в Гудауте, — перебил его Ражный.

— Ну как же? С Кормалевым боролся в полуфинале!

— Кормалев был чистый самбист. И я с ним никогда не боролся.