Волчья хватка. Книга первая

Японец находился к нему спиной, однако косой его глаз уже начинал заворачиваться вправо, увлекая голову, и Ражный в тот же миг, не мудрствуя лукаво, крутанул волчка. Удар пришёлся уже по затылку Хоори, опрокинул его и лишил сознания. Тем временем Поджаров бережно взял телохранителя под ручку и словно с куклой, прошествовал мимо, уводя блаженного под прикрытие можжевёловых зарослей.

Когда они исчезли из виду, Ражный хлопнул японца под сгиб колена, затем потряс за плечо и перевернул на спину. Взгляд его разъехался в разные стороны и блуждал бессмысленно, как у телохранителя, однако битый Хоори быстро приходил в чувство.

— Что произошло? — невнятно спросил он, вертя головой. — Этого не может быть… Прошу… Прошу вас ещё раз! Я сейчас встану в прежнюю стойку…

— Вы что, мазохист? — спросил Ражный и подал руку. — Надеюсь, не станете спорить, что я одержал чистую победу?

— Да, безусловно! — с трудом, но сам поднялся японец. — Сейчас… Один момент и буду готов.

— Но встреча окончена.

— Вы можете повторить?.. Свой удар?

— Это уже тренировка, — Ражный пошёл к калитке. — А мы договаривались о товарищеской встрече.

Хоори неуверенно приблизился к своей сумке — земля ещё плыла под ногами — достал какую-то аэрозольную упаковку, дунул себе в рот, в нос и на виски, после чего подхватил вещи и двинулся следом.

— Когда же мы начнём тренировки? — спросил он. У Ражного тогда на короткое мгновение возникло сомнение — а японец ли «паровоз» в этом предприятии? Его стремление на ковёр, не щадя себя, показалось мелковатым делом для столь крупной фигуры. Мог бы ведь подставить вместо себя кого угодно, любого мальчика для битья, например, каратиста — начальника службы безопасности из «Навигатора», но сам полез…

Мысль эта пронеслась стремительно, как всякое другое малообоснованное сомнение, и больше не вспоминалась, поскольку никто другой, кроме Хоори, не мог бы отважиться на подобный проект. Российские бизнесмены и дельцы типа Поджарова и Каймака были не столь выносливыми, не имели опыта организации масштабных, новаторских предприятий, чаще всего занимались воровством, переделом имущества или надувательством заморских простаков, быстро наедались привычной пищей, искали новых острых ощущений или всю жизнь, ведомые патриотическими побуждениями, впадали в смелое планирование, болтовню и в результате — в мечтательную лень.

Этот же, как истинный исследователь, хотел проверить все на себе, не боялся подставиться под удар, и его непременно бы ждал успех. Так что было немного жаль расставаться с ним, когда он после сильнейшего нокаута сам сел за руль «девятки», поулыбался на прощанье китайским болванчиком и покатил к своей смерти.