Восход. Солнцев. Книга XI (СИ)

Отступать от своих требований не собираюсь, тем более, когда напугал несуществующими возможностями воплощений.

Мы подошли ближе.

— Князь, вы можете поприветствовать государя Великой Русской империи, — обратился ко мне один из слуг.

— Долгих лет жизни, — склонил голову.

Наконец-то фигура начала двигаться. Я ждал момента, чтобы поднять свой взор, и он наступил.

Пауза…

— Какого хрена? Вы что, бляха, надо мной издеваетесь? — повысил я голос. — Где император?

— Это он! — поклонились одновременно слуги.

— Видимо, по-хорошему вы не хотите. Хорошо, — я пылал злостью.

Возили кругами, тут пробирался лабиринтами, чтобы увидеть это?..

Глава 9

Смотрел на ржущую морду Трутня и очень хотел в нее врезать. Мужик получал истинное удовольствие от ситуации. Мои предположения о том, что император уже не тот и не тянет страну, оказались правдой?

Весемир напялил на себя мундир глубокого, насыщенного тёмно-синего цвета, украшенный золотыми эполетами и шнурами. На груди красовались многочисленные ордена и медали, свидетельствующие о его подвигах и заслугах перед страной. Форму идеально подогнали по фигуре. Пуговицы на мундире изготовлены из чистого золота и блестели на солнце. Высокий воротник отделан красным бархатом и украшен золотыми узорами.

На плечах его покоились массивные золотые эполеты с бахромой. Рукава расшиты узорами. Надетый поверх мундира красный плащ с золотыми застежками величественно спадал до пола, внутренняя сторона была с белым мехом.

На голове высокая фуражка с кокардой, символизирующей его императорскую власть и военный ранг. Чёрные кожаные перчатки дополняли образ. На ногах высокие черные сапоги из лакированной кожи, которые блестели на солнце.

— Ну что ты, князь? — во время своей истерики произнес генерал. — Садись, обсудим с тобой все, что ты хотел… Ха-ха-ха-ха-ха!

— Весемир, какого хрена? — сжал кулаки. — Советую объяснить, а то кто знает, что мне взбредет в голову. Что за маскарад?

— Ты бы видел свое лицо, Солнцев. Одно наслаждение. Ха-ха-ха-ха! — все никак не успокаивался Трутень.

Я бы послал это все к чертям, но раз уж прибыл сюда, решу вопросы. Занял место рядом, достал сигарету, прикурил и уставился на клоуна. В висках стучал пульс. Зачем мы потратили столько времени?..

— Ладно. Ладно! — поднял руки Трутень. — Это стоило того, аж на душе полегчало. Давно тебя так не удивляли? Да, Солнцев? Ну, кроме того, что ты скоро станешь отцом?

— Император мертв? — перебил я его.

И в этот же момент лицо генерала стало серьезным: пропал весь смех и радость. Глаза сузились, и поджались губы. Даже блеск, который возник в зрачках, потух.

— Да, — тихо ответил Весемир. — Его величество покинул нас… — пауза. — Как настоящий патриот он старался для страны.