Воскрешенный любовник

 — Никто тебя не спасет. Особенно когда я заткну твой рот кляпом, чтобы никто не услышал твоих криков.

— Дорогой, мне не нужен спаситель.

С этими словами она отбросила его назад мощным потоком энергии, посылая по воздуху в противоположную часть своего логова. Когда мужчина влетел в бетонную стену, выражение на его лице было бесценным, жаль, у нее нет мобильного, чтобы сфотографировать эту картинку.

Сейчас именно Девина шла вперед, и она позволила блузке распахнуться, ее открытые взгляду напряженные груди покачивались на каждом шагу. Когда его взгляд сосредоточился на том месте, где она хотела его видеть, Девина расстегнула еще пару пуговиц, выпуская вторую грудь.

Она надеялся, что он наслаждался видом. Ей определенно нравилось смотреть, как его огромный член торчит на нее, толстый, шириной с ее руку, плотные мешочки под ним обещали множественные оргазмы…

И детей.

Девина застыла, когда в голове мелькнула эта мысль.

От такого мужчины… можно забеременеть. Если она захочет.

Когда она остановилась в добрых десяти футах, мужчина, которого она без усилий удерживала на месте, нахмурился.

Потом он напрягся, потянул ее путы. Что, конечно, ни к чему его не привело. Она была сильнее…

Вырвав правую руку из ее хватки, мужчина посмотрел на левую так, словно бесился из-за того, что конечность ему не подчиняется… и при этом проявлении силы Девина прекратила думать о детях и сузила глаз. Он настолько силен?

— Назови свое имя, — выпалила Девина.

Эти черно-голубые глаза, прищурившись, посмотрели на нее. И когда он не ответил ей, продолжая сражаться с путами, Девина осознала… что этот мужчина не станет просить ее о свободе.

Он также ничего не скажет ей по той лишь причине, что ей нужна информация. Он не выполнит ни один ее приказ.

Черт подери… она хотела его.

Ноги Девины в «Лабутенах» снова зашагали вперед, и она остановилась прямо перед мужчиной, наблюдая, как он борется с оковами, пытаясь вырвать левую руку, его эрекция билась из стороны в сторону при рывках. Его сопротивление вкупе с движениями члена — самое возбуждающее зрелище, которое она когда-либо видела, его растущий гнев буквально придавал ему шарма.

Девина скользнула рукой к обнажённой груди и поиграла с соском, сжимая плоть пальцами.

Потянула, а потом выпустила. Растерла.

Он снова выпустил свои клыки с шипением… словно в своих мыслях он откусил и проглотил её сосок.

— Как тебя зовут… — Хотя она знала, что мужчина ей не ответит. — Отвечай.

Она испытывала трепет от его отказа, и позднее она поймёт, что с этого всё и началось. Её одержимость им.

Как выяснилось, в ее образе истинной любви была нотка компульсивного расстройства. Логично. Счастье ее всегда утомляло.